— Я полностью с тобой согласен, — сказал Щегольков. — Думаю, организация сбыта лежит на Игоре Небаскине. А это значит, что в самое ближайшее время он объявится Екатеринбурге. Если уже не прибыл. Турфирма не может больше оставаться в качестве перевалочной базы, Адмиралов не дурак, чтобы подставлять родную сестру.
— Но и закрыть тайский канал он, вряд ли, решится. Объёмы поставок хоть и невелики, но приносят ему, несомненно, солидный доход, — дополнил Миронов. — Кстати, как ты относишься сейчас к своей бывшей супруге? — неожиданно спросил он Жигарёва.
— Никак, — ответил Сергей. — Я не видел её больше десяти лет и сейчас не питаю к ней никаких чувств. Все они давно угасли.
Щегольков и Миронов переглянулись между собой, улыбнулись.
— А к дочери? — вновь спросил Миронов.
— Ради неё я и пришёл сюда, — с горечью сообщил Сергей. — У неё сейчас такой возраст, когда хочется всего и сразу. Подарит ей дядя магазинчик по продаже сувениров — она и согласится, не раздумывая. И по наивности своей будет полагать, что сувениры — самый востребованный товар, раз скупают оптом. Ей и в голову не придет, что она перепродаёт.
— Да, нашей молодёжи вскружить голову деньгами сейчас очень просто. Достаточно дать подержать в руках несколько стодолларовых купюр — и дело в шляпе. Можно вить верёвки сколь угодно долго, — сделал вывод полковник ФСБ. Посмотрев сначала на Щеголькова, потом на Жигарёва, он спросил:
— Вы не возражаете, если я предложу вам пропустить по рюмочке? Прокачаем сосуды мозга — смотришь, и светлые мысли появятся.
Спросил и, не дожидаясь согласия, направился к сейфу. Открыв его, Иван Петрович извлёк бутылку «Хенесси».
— Отменный стимулятор, — сообщил он. — Не знаю, как вам, а мне помогает. Причём, всегда.
— Наливай, фармацевт доморощенный, не откажемся, — ответил Щегольков и многозначительно посмотрел на Сергея.
— С большим удовольствием составлю вам компанию, — ответил тот, перехватив хитрый взгляд Щеголькова.
— Ну, вот, поступим так, как поступают только русские мужики: сообразим на троих, — сказал Миронов, разливая коньяк в пузатые бокалы.
Мужчины выпили, закусив дольками тонко порезанного лимона. Потом все трое подошли к окну, покурили.
— Теперь можно и продолжить, — усаживаясь на прежнее место, заметил Щегольков. Посмотрев куда-то в угол, спросил:
— Сергей, ты готов скататься в Ёбург на пару дней?
— Навестить хозяйку турфирмы?
— Догадливый. Если пойдут мои люди, они вспугнут нашу голубку. А ты не вызовешь подозрений. Пригласишь бывшую половину в ресторан, разведаешь, что, да как. После твоей встречи она непременно свяжется с Адмираловым. Мы тем временем поставим её телефон на прослушку.
— Когда нужно ехать? — спросил Жигарёв.
— Предлагаю отправиться вместе со мной. По дороге обмозгуем ещё кой-какие детали.
— Хорошо, я согласен.
— Время отправки поезда знаешь?
— Да.
— Тогда до встречи на вокзале. — Щегольков медленно поднялся из-за стола. — Извините, друзья, но я вынужден вас покинуть — нужно закончить кое-какие дела, — сказал он и протянул руку на прощание вначале Миронову, потом Жигарёву.
— Ты, Артём, неисправим, — с сожалением произнёс Миронов. — Всё дела у тебя, дела, а на друзей времени никогда не остаётся. Когда мы с тобой последний раз на рыбалку выбирались?
— Года три назад, кажется, — неуверенно высказался Щегольков. — Но в прошлый год наша вылазка на природу была сорвана, помнится, не моей вине, — укоризненно напомнил он другу. — Забыл?
— Да, действительно, — признался Миронов. — Вместо рыбалки тогда мне пришлось в шпионов поиграть.
— Вот когда поставим жирную точку в деле Адмиралова — тогда и смотаемся на вашу Чусовую, проредим рыбьи стаи. Я вам это обещаю.
Щегольков ушёл. Когда за ним закрылась дверь, Миронов спросил:
— Ну, что скажешь?
— Поживём — увидим, — как-то неопределённо ответил Сергей. Потом, после нескольких секунд молчания, добавил:
— Мне больше не на кого рассчитывать.
— Артём раскрутит дело до конца, можешь не сомневаться.
Сергей промолчал, он уже думал о своей бывшей жене. Ему нужно было прокрутить мысленно встречу с ней.
— Я тоже, пожалуй, пойду, — сказал он, приподнимаясь со стула. — Не буду утруждать тебя своим присутствием. На твоей службе и без меня хлопот достаточно.