Жигарёв встал, неторопливо прошёлся по кабинету от стены до стены. Потом, остановившись напротив Мерзликина, вытянул вперёд ладони и гневно проговорил:
— А ты не думал, гнида, что я вот этими руками могу вцепиться в твоё горло и задушить в считанные секунды? Или стукнуть по башке и вышибить твои запредельно умные мозги? Уверяю, моя рука не дрогнет. Она не разучилась подобным действиям.
Словно подброшенный мощной пружиной, Мерзликин соскочил со стула, лицо его побагровело.
— Пугаешь меня?! Пугаешь, олух контуженный! Ты хоть соображаешь, против кого пошёл? — Бывший хирург визжал, размахивая руками, будто отгонял сгустившиеся вокруг него тучи. — Не боюсь я тебя, слышишь? Никто в этом городе не заступится за тебя. Не поможет тебе ни мэр, ни ментовка.
Отступая к двери, обронил на ходу:
— С этого дня ни одна копейка больше не упадёт на счет твоего предприятия. Я уничтожу тебя и разорю предприятие. Вся коммуналка будет подо мной.
Когда за Мерзликиным с громким хлопком захлопнулась дверь, Жигарёв остался стоять посреди кабинета. Его грудь часто вздымалась, как после быстрой перебежки в горах.
«Рано радуешься, подлец, — подумал он. — Не может быть, чтобы все в этом городе были такими продажными, как ты. Не всю ещё совесть забрала перестройка у людей».
Жигарёв вернулся в кресло, успокоился, стал размышлять. То, что Мерзликин имеет на Белышева определённое влияние, он уже не сомневался. Но решил проверить на всякий случай, чтобы получить неопровержимые доказательства.
Их личные автомобили стояли под крышей одного гаражного кооператива. Вечером, улучшив момент, он подкараулил мэра, когда тот ставил машину в бокс. Оглядевшись по сторонам и не увидев посторонних лиц, Сергей зашел в его гараж.
— Анатолий Михайлович, разрешишь войти на пару слов?
— Что-то стряслось? — спросил Белышев с тревогой. — Авария?
— В случае аварии, я стараюсь тебя не тревожить. Тут совсем другое дело. — Жигарёв умолк ненадолго, подбирая слова. Ему не хотелось, чтобы мэр догадался об истинной причине их разговора.
— Что-то серьёзное?
— В общем, да. Иначе я бы не стал заходить в твой гараж. Решил поговорить, так сказать, тет— а-тет.
От взгляда Жигарёва не ускользнула тревога, мгновенно отразившаяся на лице Белышева.
— Сегодня меня посетил господин Мерзликин.
— Приходил договариваться о погашении долга? — с облегчением спросил Белышев. — Ну и как, договорились?
— Я едва сдержался, чтобы не набить ему морду, — чистосердечно признался Жигарёв. — Этот тип предлагал мне организовать совместный бизнес на бюджетных деньгах.
— И что в этом плохого?
— Я — муниципальный работник, а не бизнесмен, Анатолий Михайлович, — сухо ответил Сергей. — Составлять дутые сметы на ремонт казённого имущества, чтобы накормить жуликов, мне не позволяет совесть. Но это ещё полдела, по такому пустяку я бы не пришёл к тебе.
— Что ещё? — уже более мрачно спросил мэр.
— Он угрожал мне, говорил, что разорит предприятие. Сотрёт меня в порошок, а всю коммуналку подомнёт под себя. Как тебе такое заявление?
— Не слабо. Так и сказал?
— Да, так и сказал. Более того, предупредил, что органы правосудия мне не помогут. У него там всё схвачено. Это действительно так? — Сергей умышленно не стал говорить о том, что сказал Мерзликин в отношении самого Белышева. — Я пришёл, чтобы посоветоваться с тобой, как мне поступить.
Белышев напрягся. По всему чувствовалось, что он обескуражен поведением Мерзликина. Его молчание длилось долго, и это лишний раз подтверждало, что мэр зависим от мошенников.
Наконец, Белышев, будто очнувшись, вздохнул глубоко и сказал:
— Ну что ж, придется действовать теми же методами, что и Мерзликин. Другого языка он не поймёт.
— То есть?
— Пока не знаю, но что-нибудь придумаю, — глаза Белышева, как у блудливого кота, забегали по сторонам. — Только ты вот что, Сергей Степанович, не предпринимай без меня никаких действий самостоятельно, продолжай работать, как работал. Эту проблему я беру на себя.
Пожав друг другу руки, они расстались.
Всю дорогу Жигарёв размышлял о сложившейся ситуации. Не верилось, что столь очевидное зарождение коррупции во властной структуре не может насторожить городское УВД. Возможно, кто-то и крышует Мерзликина, но не все же сотрудники управления продажные? Не может быть, чтобы не было среди них честных и порядочных, готовых оградить его от произвола ОПГ. Конечно, если Мерзликин пользуется покровительством первых лиц УВД, рассчитывать на помощь не приходится. Никакой рядовой сотрудник не рискнёт плыть против течения, это и ежу понятно. Нужно во что бы то ни стало определить коррумпированное звено, а потом уже действовать по обстоятельствам. Уже дома он принял решение отправить в милицию заявление о проведении проверки в отношении Мерзликина. Основанием такого обращения вполне может служить факт незаконного удержания денежных средств, собранных с населения. Поздно вечером такое заявление было подготовлено, а утром следующего дня оно было отправлено с курьером и зарегистрировано в канцелярии УВД.