— Интересно, интересно… но сдаётся мне, загибаешь ты что-то.
— Есть причина, уклончиво согласился выпускник техникума.
— Говори, не стесняйся. У нас народ всё про всех знает. Сейчас не скажешь — через неделю по телеграфу сообщат.
— Как… это?
— А вот так: постучат по клавишам телеграфного аппарата и настучат. И запомни, дружок: ты попал в коллектив, а это, понимаешь ли, двигатель твоей предстоящей жизни. Тайное — всегда становится явным.
Игорь сидел обескураженный разговором и мучительно соображал, как поступить: или рассказать всё начистоту, или же лучше промолчать. Он выбрал второе.
«Расскажу я ему сейчас, зачем приехал в посёлок — возьмёт и не примет на работу. Он мужик крутой, плевать хотел на мой диплом. А мне такое решение, что серпом по одному месту. Нет-нет, раскалываться не надо».
— Ладно. Не хочешь говорить — не говори, твоё дело. Направление твоё я передам в отдел кадров. Оформят тебя дорожным мастером, с окладом сто пятьдесят рублей в месяц. Нет у меня специалиста по дорогам, а ты по диплому — строитель, так?
— Ну, проходили курс «Строительство дорог».
— Вот и гарно, хлопче, как у нас говорят хохлы. Будешь наши дороги приводить в божеский вид. Есть участки — не проехать, не объехать. Паралич какой-то. Да ты сам проедешь, увидишь собственными глазами. Всё. Завтра же выходи на работу.
— Завтра? — удивился Игорь, рассчитывая денька два-три посвятить личным делам.
— Да, завтра. А чего ждать?
— Хорошо, — покорно согласился Игорь. — Завтра, так завтра. Мне, собственно, всё равно. Родственников и знакомых в посёлке у меня нет.
— Да, кстати, совсем забыл спросить, — спохватился Калегин, — права на управление машиной у тебя есть?
— Имеются, — утвердительно и с гордостью ответил Игорь.
— Замечательно. В гараже нашей конторы есть свободный «газон», вот его-то я тебе и отдам. Будешь свободно раскатывать по своим дорогам.
«Это хорошо, это даже очень хорошо», — с удовлетворением отметил про себя завтрашний мастер.
— С ночлегом у тебя, надеюсь, проблем не будет? — Калегин хитро сощурил глаза и пристально посмотрел в лицо Игорю.
Тот смутился, полагая, что этот хитрый крепкий мужик знает многое о нём, и ему стало не по себе.
«Ну и чёрт с ним, — со злостью подумал парень, — пусть себе знает, ничего противозаконного я ведь не собираюсь делать».
— С жильём у меня полный порядок, — ответил Игорь и, попрощавшись, вышел из конторы.
Случилось так, что одинокая соседка Гайворонских, подслеповатая старушка Груня, взяла и скончалась скоропостижно, оставив без присмотра опустевший дом. Поселковые мужики натащили полуистлевших досок и накрест заколотили все окна. В Перми у старушки оказался внук — Игорь Небаскин. Он-то и оказался законным наследником недвижимости старушки. Завещание покойницы было оформлено на него. Нежданно-негаданно на голову парня свалился дом в посёлке Лисьи Гнёзда. Вначале он растерялся, не зная, что делать с наследством. Советоваться с друзьями не захотел, да и смысла в этом не видел. Оформил документы домовладельца и на некоторое время выбросил всё из головы. Дело шло к защите диплома, забот появилось по «самое не могу». Замелькали места по распределению. Игорю, конечно же, хотелось остаться в Перми — здесь он рос и жил в детском доме. Однако, рассчитывать на благосклонность судьбы не приходилось — оценки в дипломе оставляли желать лучшего. Он мог распределиться только в район.
«Раз так, лучшего варианта и не придумать. Сразу убью двух зайцев», — отметил про себя молодой специалист. Чусовской сплавной узел в списке мест распределения значился.
«Уеду, устроюсь, жильё есть, время не торопит — отрабатывать в любом случае надо. Ну, а дальше — жизнь покажет. Может, покупатель найдётся, а может, женюсь». — При последней мысли он рассмеялся.
«В Москву надо сваливать, — уже серьёзно подумал Игорь Небаскин. — Генка там уже корни пустил, обещал помочь. Как-никак вместе детдомовскую бурду хлебали. Деньжат от продажи дома на первое время хватит».