- Чем он у тебя питается? Человеческой кровью?
- Случается. Но кусок курятины вполне сойдёт.
Из холодильника, встроенного в стену на столе появился хороший кусок копчёного мяса. Забулькал кипятком электрический чайник. Мелка достал коробку конфет, печенья. Я взяла в руки горячую чашку и с удовольствием вдохнула позабытый аромат.
- Мелка, что же мне делать?
Вопрос не давал мне покоя, и я повторила его с безнадёжностью испорченного патефона.
- Я думаю, для начала тебе следует принять человеческий вид. Ты не на Оре и не в Срединном крае, здесь внешность имеет значение. Где ты остановилась?
- Где?! – я не поняла вопроса. – Я вообще не остановилась. Я сразу оказалась тут.
Мелка заметно занервничал.
- Интересное совпадение. Чрезвычайно невероятное, я бы сказал.
Я пожала плечами. Меня волновали куда более насущные проблемы.
- Слушай, у меня денег нет. А ты здесь, кажется, неплохо устроился? Как тебе удалось?
- О деньгах не беспокойся, – поспешно отозвался Мелка, игнорируя мой вопрос. – Я помогу тебе устроиться, а там подумаем, что делать дальше.
Вокруг Мелкиной головы закружился лёгкий дымок. Мелка дунул на него недовольно, дымок съёжился и закрутился спиралью, выбираясь наружу через вентиляционное отверстие.
- Что это? – заинтересовалась я. – Знаешь я видела странных существ у тебя на складе и в зале... что это было?
- Ты видела? – это открытие не поразило Мелку, но он серьёзно задумался и разглядывал меня так, словно видел впервые.
- Видишь ли, Нижний слой, место не совсем обычное во многих отношениях. Во-первых, здесь практически не проходят волны Информации и потому для людей из высшего и даже среднего мира пребывание здесь сродни заключению в тюрьме без запаса пищи и кислорода. Но есть примитивные существа, которые не способны пользоваться потоком Информации, да им и не надо. Они сами являются неким информационным центром, производят небольшую, но силу. В высшем и Срединном мирах информационные волны забивают их силу, делая беспомощными, а здесь они могущественны. Перед лицом обычных жителей Нижнего слоя, разумеется. И они с удовольствием заселяют Нижний слой. Здесь их называют по-разному: гоблины, тролли, эльфы и домовые.
- Ого! И чего они так расплодились?! Раньше их не было!
- Они всегда здесь были. Просто ты их не видела. Тот защитный барьер, который они ставят, позволяет им оставаться незаметными. Их видят только животные. И жители высших и срединных миров.
- Я что, житель высшего мира? – хмыкнула я.
- Конечно, – серьёзно кивнул Мелка. – Я всегда тебе это говорил.
- Но раньше я их не видела! – тупо повторила я.
- Значит, ты изменилась, – Мелка сверлил меня глазами. – Ты, действительно не помнишь прошлого?
- Нет, – буркнула я. Я не призналась Мелке, что о многом из своего прошлого я догадывалась. Не призналась я и о своём пребывании в пещере То.
Сытый Тотошка громко икнул и испустил протяжный вой. Зверюга насытилась и потянулась, зевая. На светлой поверхности кожаного дивана остались тонкие следы от крепких когтей.
- Где ты подобрала такую тварь?
- Так... в Срединном мире.
- Ты была там?
- Да. А что?
- Ничего. Говорят, это родина моих предков. Но мне там побывать не довелось. Дикие края, а?
Над Мелкиной головой снова затуманилось тёмное облачко.
- Пшла прочь! – Мелка рубанул ладонью в середину облака, и оно рассыпалось, исчезая.
- Мелка, что это? – снова повторила я.
- нно покрутил головой. – Только держись! Дымки самые безобидные из них. Это мысли. Или думы.
- Твои?
- Нет. Других людей. Кто-то подумал о тебе и вот, пожалуйста – плывут тяжёлые думки...
- Они тёмные, – заметила я.
- Ага, – согласился Мелка. – В основном тёмные. Знать бы чьи...
В дверь осторожно постучали.
- Мирослав Леопольдович!
Голос из-за двери звучал заискивающе.
- Зайди, Славик, – Мелка лениво щёлкнул пальцами.
Дверь слегка приоткрылась. Крупная голова Славика протиснулась в узкую щель.
- Машина подана, Мирослав Леопольдович... вы просили.
Мелка встал и протянул мне руку.
- Пошли?
- А куда? – не поняла я.
- Для начала ко мне домой. Приведёшь себя в порядок. Потом решим.
Славик неодобрительно на меня косился. Мой внешний вид по-прежнему не вызывал у него никакого доверия, но кто спрашивал его мнение?
В магазине было пусто, и мы прошли через просторный зал, нигде не задерживаясь. Славик забежал вперёд, предупредительно открыл перед нами дверь и уличный шум ворвался в благородную тишину дорогого салона.
На улице шёл снег. Я вдохнула морозный воздух и задержалась на пороге.
- Садись в машину, Женя, простудишься, – Мелка заботливо подал мне руку, но я никак не отреагировала.
Мир вокруг меня был другой. Не тот, что я покинула... сколько же времени прошло?
- Мелка, сколько нас не было в этом городе?
- Ну, время величина непостоянная. Я живу здесь уже два года, а ты...
- Два года?! Ничего себе...
Я обхватила руками плечи, мне стало зябко.
- Мелка, здесь что-то не так...
- Здесь всё по-прежнему, Женя, – Мелка усмехнулся и настойчиво подвёл меня к машине. – Это ты стала другой. Ты стала видеть.
Мы ехали медленно, едва передвигаясь в бесконечной пробке, и я жадно разглядывала дома, людей, улицы, такие знакомые и такие удивительно другие, а ещё существ и явлений, которым не знала названия. Их было много, бесконечно много.
Неожиданно прямо на дороге возник дом. Трёхэтажный, с тёмными облезлыми стенами. Из его окон виднелся тусклый свет, в котором мелькали тени далёких людей.
- Мелка, дом! Ты видишь?!
- Я его каждый день вижу, – невозмутимо отозвался Мелка. – Он всегда стоит на дороге. Дом – призрак.
- Призрак?
Впереди загорелся светофор, и машины неторопливо двинулись вперёд. Едва мы приблизились к дому, как его очертания расплылись и воздухе, но перед тем, как он окончательно исчез я услышала, как из дома доносится чей-то крик и музыка. Печальная, едва слышимая мелодия. Я поёжилась. Когда мы проезжали место, где стоял дом, я почувствовала холод. Мелка понимающе кивнул и включил печку.
- Я тоже это чувствую. Но не знаю, как объяснить. В Нижнем слое много загадок.
Нескончаемый поток машин снова замер. По тротуару, справа от нас бодро семенила огромная собака... нет, не собака! Я не поверила своим глазам.
- Мелка, что это?!
Пожилая женщина в грязно-сиреневом пуховике и нелепой розовой шапке шагала на четвереньках, стараясь не запачкать растянутые колени бесформенных штанов. В зубах её была зажата сумка, и оттого морщинистое лицо казалось оскаленным. Шаг её был неожиданно лёгок, руки едва касались земли полусогнутыми ладонями. Зад высоко подпрыгивал, грузно оседая при каждом движении. Вид дама производила крайне удручающий.
- Она сумасшедшая?
- Это гумса, – неохотно ответил Мелка, и я почувствовала исходящую от него тревогу. – Постарайся не смотреть на неё. Не надо, чтобы она нас почувствовала.
- Почему?
- Они опасны. Не для всех, но для тебя – да. Ты наполнена Информацией, она исходит от тебя, как... свет от лампочки. Гумсы уничтожают потоки информации. Они как инфекция, зараза. Держись от них подальше.
- А для тебя она опасна?
- Да, но в меньшей степени. Посмотри на неё обычным зрением.
- Как?
- Ну... попробуй отбросить тень.
Я шевельнула плечами, сбрасывая невидимый покров, и мир вернул свои прежние очертания: серые дома, одинокие прохожие, голые ветви деревьев. И больше ничего.
Гумса оказалась усталой женщиной, бредущей по тротуару возле дверцы нашего автомобиля, едущего ещё медленнее, чем она передвигала свои оплывшие артритные ноги. Сумку она держала в руке, а не в зубах, и представить её скачущей на четвереньках было трудно и нелепо.
- Видишь?
- Вижу. Обычная тётка.
- Я раньше тоже так думал. Одна такая мыла полы у меня в магазине. Не в том, что ты видела, тогда я держал мясную лавку на рынке. Проворная, несмотря на возраст и вес, она хорошо справлялась со своими обязанностями, и я был ею доволен, пока не стал чувствовать себя совсем плохо.