Вопросы сыпались из Омара один за другим, и я с благодарностью посмотрела на Мелку: “Спасибо, что не сказал мальчишке про ангела. И про меня”
Мелка отвёл глаза и встретился взглядом с Валентиной. Холодное равнодушие тотчас исчезло из его глаз. Мелка подтянулся, распрямил сгорбленную спину и заворковал, гоголем расхаживая вокруг прекрасной Снегурочки. Забормотал что-то про “счастлив видеть”, про “благословенную судьбу” забросившую “дивное создание” и так далее. Я вздохнула и подхватила Тотошку на руки.
- Да, я уезжала. И...
Омар меня не слушал. Взгляд Омара был устремлён на Валентину и искры сыпались из него так интенсивно, что снег вокруг оплавился и покрылся ноздреватой коркой.
- Вы Валентина?! Вы ведь красавица Валентина из Северного королевства! Я видел ваш портрет!
Валентина заулыбалась и нежно прижала мальчика к своей белоснежной шубке.
- Здравствуй, милый мальчик. Вот уж не думала, что кто-то помнит обо мне!
- Да вы что! – Омар прямо таки зафонтанировал искрами и мне пришлось отступить в сторону, чтобы не быть обожжённой. – Конечно, вас помнят! Вас Принцесса Льда несправедливо выгнала из королевства! Где же вы были столько времени? Вам нужна помощь? Мы с Мелкой с радостью вам поможем.
- Всенепременно, – вставил Мелка, предупредительно беря Валентину под локоток и оборачиваясь назад. Во взгляде его читалось неприкрытое злорадство.
Тропинка была узкая и потому мы шли гуськом.
Впереди – Омар. Он шёл спиной к дому, поминутно рискуя оступиться и упасть, и влюблено рассматривая красавицу Валентину. Следом за ними Валентина и Мелка. Пройдоха держал Валентину под руку, а перед самым крыльцом положил руку на талию, будто опасаясь, что красотка не сумеет самостоятельно забраться на крыльцо. Я брела сзади всех. Тотошка на моих руках безмятежно дремал, словно мы и не разлучались. Августа нигде не было видно.
Омар распахнул дверь, приглашая зайти в дом. Первой зашла Валентина, Омар шмыгнул следом, а Мелка задержался на пороге, ухмыльнулся и придержал передо мной дверь.
- Заходи, Женя. Не царские хоромы, кончено, но... зато здесь все свои, не так ли?
Глава 34
Четвёртый лишний.
Миновав тёмные сени, я попала в тесную кухню. Готовили здесь, похоже, не часто. Посуду: сковороду, две тарелки и бокал с отколотой ручкой покрывал тонкий слой пыли. На старой газовой плите валялась скомканная рубашка в мелкий синий рисунок, я узнала в ней когда-то стильную вещицу из Мелкиного гардероба. Кажется, она была на нём в тот самый вечер, когда я видела Мелку последний раз.
Из кухни вели две двери. Одна в гостиную с низким потолком, а другая в тёмную спаленку без окна, которую с возгласом: “Ах, мальчики, мне надо переодеться!”, тут же заняла Валентина.
Она вышла через минуту в очаровательно милом деревенском платьице с глубоким декольте и захлопотала, порхая по дому, как экзотическая бабочка.
- Чем же вы собираетесь угощать дам?
- Вот у нас тут кефир. Булки...
- Кефи-ир? Мальчики, это, наверное, ужасно вкусно, но сегодня вас угощаю я!
Из-под её маленьких хлопотливых ручек вылетали всё новые и новые предметы. Вот в гостиной появился изящный стол, накрытый льняной скатертью. Вокруг стола – четыре мягких стула с изогнутыми спинками и высокий стульчик для Тотошки. Изысканная посуда, бокалы, свечи, салфетки – Валентина ничего не забыла, всё продумала, красиво расставила. Мы стояли вокруг, молча взирая на необычное зрелище, больше похожее на сказку. И вот, когда всё было готово, руки Валентины замелькали ещё быстрее, и на столе появилась еда. Маленький дом наполнился такими изысканными запахами, что отродясь не витали в этих запущенных стенах.
- Ну, мальчики, принимаю заказы! Здесь – горчичный хлеб с беконом, зелень, свежие помидоры, сбрызнутые чесночным соусом, запеченное мясо ягнёнка, открытый пирог с рыбой, жареные колбаски и красное вино! Что ни будь ещё?
“Мальчики” потрясённо помотали головами. Большего они и представить себе не могли.
- Отлично! Идите, мойте руки и садитесь за стол, а я пойду – переоденусь.
Мы столпились у рукомойника, висевшего на кухне, причём Омар с Мелкой и не подумали уступить мне, как даме место. Наскоро сполоснув руки, они бросились к старенькому шкафу и напялили чистые футболки, после чего чинно уселись за стол.
Я тоже села и принялась есть, не дожидаясь появления Валентины и это было ошибкой, потому что её приход произвёл фурор даже для меня, и я чуть не подавилась. Она явилась в таком открытом вечернем платье пурпурно-красного цвета с тяжёлыми серьгами, украшенными мелкими, сверкающими бриллиантами, что “мальчики” не встали – вскочили, наперебой предлагая ей стул. Она милостиво улыбнулась и с благодарностью приняла их ухаживание.
- Спасибо, мальчики. Так приятно видеть благородных мужчин! Там где я была... таких, как вы не было и в помине!
После этих слов Омар и Мелка стали проявлять чудеса благородства: ковыряли мясо ножом и вилкой, обращались друг к другу с вежливыми поклонами, словом вели себя, как настоящие болваны.
Наевшись, я поднялась из-за стола. Моего ухода никто не заметил, кроме, пожалуй, Тотошки. Он проследил за мной ничего не выражающим взглядом, зевнул и, зацепив острым когтём, кусок ягнёнка со стола, удалился с ним в угол комнаты.
“Удобств” в доме не было и, накинув на плечи бабки Верину куртку, я вышла на улицу.
На улице стемнело. Небо было чистым, яркие звёзды золотым горохом сверкали и перемигивались в бесконечной дали. Я с удовольствием вдохнула крепкий морозный воздух и потопталась по тропинке, слушая, как скрипит под ногами снег.
Из дырявого кармана на дорожку вывалился не слишком свежий носовой платок. Я подняла его и повертела в руке, разглядывая со всех сторон. Потом сжала платок в кулаке, мысленно придала ему образ тончайшей пушистой шали и... из моего кулака потекла на чистый снег зелёная слизь. Фу, гадость!
Я вытерла руку снегом и глубоко вздохнула. И как это Валентине всё удаётся?
Сбоку раздался короткий смешок. Я обернулась и увидела Августа, сидевшего на обледенелом крыльце.
- Ты тоже умеешь это делать, – проскрипел Август, ёжась от холода. – Просто забыла.
Я пожала плечами. Да не больно-то и хотелось. Подумаешь, менять наряды каждые полчаса! Что я, фотомодель что ли?
Плечи Августа затряслись от смеха.
- Это которые модели? Как в журнале? Не-ет тебя туда не возьмут.
Я постаралась принять независимый вид, но против воли обиделась.
- Да тебе и не надо, – миролюбиво продолжил Август и внезапно кинул в меня ледышку. – Лови!
Осколок льда больно царапнул щёку.
- Ты чего?!
Мерзкое поведение Августа перешло всякие границы, и требовало возмездия.
- А ну, иди сюда! – я направилась к домовому исполненная решимости намылить ему шею.
Август юркнул за крыльцо, над серыми ступенями покрытыми снегом виднелась его плешивая макушка. Длинный нос осторожно высунулся наружу, и маленькие глазки уставились на меня безо всякой злобы.
- Не злись. Я проверить хотел.
- Что именно? Свою меткость? – Я пыталась выудить домового из укрытия, но он ловко увернулся.
- Ты должна была разбить ледышку. Ай! (я дотянулась до мохнатого уха) – Перестань!
Август ужом взвился над крыльцом, отбиваясь от моих нападок.
- Разбить? Своей головой? Да с чего бы это?!
- Не головой... – Август беспомощно сел на снег. – Ты можешь это сделать. Рукой. Даже взглядом. В принципе, головой тоже, надо только понять.
- Что?
- Представить, что твоя рука это меч, а брошенный камень... например, паштет!
На этот раз в меня полетел кусок угля, но я уже была настороже: едва вытянула руку, и уголь разлетелся в пыль, не успев коснуться моих пальцев.
- Вот видишь, – возликовал Август. – Ты можешь! Просто забыла...
Забава понравилась нам обоим и через пару минут я легко расщепила ударом ладони черенок от лопаты, разнесла в щепки сломанный ящик и остановилась только когда повалила на землю и без того покосившийся сарай.