Зажмурившись, я мотнула головой. Прочь, гадкие мысли, прочь!
Вот только плевали мысли на мои жалкие попытки настроиться на хорошее. Они лезли в голову одна другой жутче и в красках показывали, что в эти секунды творится с моими друзьями. Они в тюрьме, их допрашивают, их опаивают, ими пользуются. А я здесь, в то время как просто обязана что-то сделать и помочь. Освободить! Спасти! Наказать тех, из-за кого всё это происходит!
Как? Я всего лишь царевна. Царевна, у которой отобрали личного черта. Царевна, которая добровольно избавилась от дара берсерка в обмен на возможность пожить обычной жизнью. Я даже не ведьма. Так, ведьмулечка, как иногда приговаривал Федя.
Что я могу без него и без Эйнара?
Зло скрипнув зубами, сжала пальцы в кулачки и стукнула ими по одеялу. Я могу. Я всё могу. Да хотя бы сходить в тюрьму и поговорить с Кощеем! Да, точно! Тюрьму и её работников я знала неплохо — приходилось бывать там по работе, да обмениваться документами с тюремным писарем. Вот с ним-то я и поговорю! Уж кто-кто, а он точно должен знать, что такое там творится.
— Вашество? Как себя чувствуете? — в приоткрытую дверь заглянула Марфа Васильна и увидев мою бледную улыбку в ответ, уже смелее зашла в комнату. — Успокоились? Ну, ничего-ничего, всё образуется. Тамарочка уже Милу осматривает, а я тут подумала... раз тут такое творится, а время уже к обеду скоро, всё-таки надо нам мужчин за продуктами отправить. Как вы на это смотрите?
— Да, вы правы. Надо. А как у нас с деньгами? — не праздный, между прочим, вопрос. Вообще-то всеми нашими финансами заведовал Фёдор и я никогда даже подумать не могла, что однажды останусь без него.
— Хозс-сяин оставил. — за замявшуюся домовушку ответила Тень и она же добавила: — Мы уже пробежались по округе — в целом по городу ничего не изменилось. Обстановка спокойная, волнений нет. Слухов тоже нет. Думаю, о том, что Кощей в тюрьме, знает только тот, кто его туда посадил, да его сообщники.
— И что нам это даёт? — сев на кровати и отмечая, как в комнату просачивается ещё три Тени, а за ними и Авдотьюшка, тут же плотно прикрывая за собой дверь, невесело усмехнулась. Мини-военный совет в сборе. — Что нам делать? Я не могу просто сидеть сложа руки и ждать. А если уже сегодня вечером будет поздно? А если захватчик убьет тех, кто пропал? А если Мила...
Не сумев договорить, мотнула головой. Нет. Не если. Она выкарабкается, она сильная. Она обязательно выкарабкается!
— Что мы можем?
— Давайте подумаем иначе — что нам нужно. Нам нужна информация. Как ею разжиться, если дворец и тюрьма заблокированы для Теней и нечисти?
— Вы туда одна не пойдете! — моментально сообразив, куда я клоню, Марфа Васильна чуть ли не бросилась на меня, зашипев, как дикая кошка. — Одна уже лежит на кровати, туда же захотели?!
— А я одна и не пойду. Между прочим, у меня есть кого туда отвести. Ведь вчера наши гости туда сходили и с ними ничего не случилось, верно? Так почему бы мне не пойти туда с ними снова? Зато теперь я знаю, с кем говорить и что спрашивать. — завершив озвучку своего решения твердым кивком, я не без труда выдержала испытующий взгляд Марфы Васильны и когда она недовольно, но согласно кивнула, поздравила себя с маленькой, но победой.
Может я и не ведьма, как Мила, и не богиня, как Эйнар и не генератор идей, как шеф, но я тоже кое-что могу. И совсем скоро мы все узнаем — стою ли я чего-то без них или нет.
Вот только не так быстро всё оказалось, как мне думалось и хотелось. Время неумолимо близилось к обеду и согласно планам Марфы Васильны, четверо самых хозяйственных котов в добровольно принудительном порядке отправились на рынок, закупаться продуктами строго по списку. Не доверяя мужчинам до конца, с ними отправилась и Авдотьюшка. Мы же с белоснежной красавицей пригласили тетку Тамару за стол на кухню, чтобы уже она рассказала нам о самочувствии Милы и о том, что сама думает.
— Ох, зря она это сделала. — осуждающе пожевав губами, моложавая старушка лет шестидесяти покачала головой. — Не было вас девчата в городе, как началась эта катавасия с магическими полями, да слоями. Уж коли были — то знали бы, как опасно в информационный слой входить. Пятеро уже в лежку легли, как до остальных дошло, что неладное что-то творится.
— А что именно?
— А не знает никто. — немного нервно пожав плечами, знахарка вдруг судорожно осмотрелась, словно кого-то опасаясь, а затем едва слышным шепотом добавила: — Однако успели эти самые пятеро пострадавших кой-чо остальным шепнуть. Говорят, во дворце неладное что-то творится, вот только не подтвердил это ещё никто. Царь-батюшка как и раньше бояр, да послов принимает. Хмур правда, да нелюдим стал, да ещё вчера с самого утра сыночка своего со снохой в деревню к свояченице отправил. А в остальном как был старый дурень, так и остался. Единственно что шефиню вашу к себе приблизил ни с того, ни с сего, да слух идет, шо вообще — любовь между ними завязалася.