Коля, спустившийся вместе с нами для солидности, удивленно и даже несколько возмущенно выпучил глаза, но Алеф тут же, незаметно для Акакия, ткнул его локтем в бок и он сдержался.
— Ну что, кощейчик? Будешь слушаться? Или сразу тебя в лесу у первого дуба привязать, да хищникам ночным на поживу оставить? Ась? Не слышу!
— Бе-е-е!!! — истошно заблеяв, а затем так же истово закивав, Акакий был само послушание и покорность.
— То-то же! А теперь подь сюды, ошейник надену. — Алеф завязал на козлиной шее самую обычную веревку, чтобы иметь в случае чего возможность дернуть или привязать Акакия и мы отправились наверх, где нас ожидали остальные. — Ну что, ребятки... В путь?
— В путь.
Коля и Федя обернулись в волков, чтобы бежать впереди и искать оптимальный путь, а мы: я, Алеф, Борис и Роман, отправились следом, без сожалений покинув территорию старого замка. Тени контролировали идущего последним Акакия и тылы, периодически разбегаясь по флангам и проверяя и их. Клетку с жабой нёс Алеф, котят мы с сержантами распределили между собой, так что в целом идти было довольно легко и удобно.
Первый час...
А затем мы поняли, почему эти места называют Гиблыми. Никогда не думала, что в лесу может быть болото, но именно так оно и было. К обеду мои ноги были мокрыми по колено, причем у остальных дела были не лучше. Лужи, лужицы и просто мокрые ямы были скрыты травой и мхом и невозможно было угадать, куда ты наступишь в следующую секунду — на землю или в воду.
— Это ещё ничего... — Алеф шел рядом и по возможности придерживал, когда я оступалась. — Дальше хуже будет.
— Обрадовал, — сморщив нос, когда на него сел очередной комар, я прогнала летающего кровопийцу рукой. — У нас есть что-нибудь от комаров?
— Наговор только. Но лучше пока погодить, наговор всего на пару-тройку часов помогает.
— Я помню... — постаравшись вздохнуть как можно тише, потому что путь только начался, а уже надоел, я даже и не думала жаловаться. Смысл? Просто поныть?
Нет, я не такая.
К обеду мы окончательно вышли к болоту и меня заставили сесть на волка Фёдора, потому что только я ничего не умела и ничего не понимала в болотах и передвижению по ним. Акакий тоже нервно дергался и блеял, каждый раз, когда оступался, но тут уже мужчины решили: захочет жить — допрыгает до суши. А не захочет, так и не велика потеря.
Федя кстати был уже не совсем волком — я точно увидела, как его лапы стали шире и даже кажется с перепонками.
А ещё мне пришлось экстренно вспоминать наговор от комаров, потому что тут их были целые полчища. Да таких огромных, что я только диву давалась, с трудом удерживаясь от визга, когда кто-нибудь из них садился мне на руку или на шею. Кони! Самые настоящие кони!
— Фу-у-у...
А ещё они пришлись по вкусу Айрин.
Меня едва не замутило, когда жаба возбужденно заквакала и начала ловить комаров длинным языком одного за другим, так что я предпочла больше не смотреть по сторонам.
По болоту мы шли до позднего вечера, причем ещё и несколько раз пришлось обходить затоны и живущих там болотных заглотов. Удалось и увидеть этого самого заглота издалека. Слава богу издалека! Такая мерзкая тварь, даже противнее Айрин — размерами с крокодила, только ещё толще, белесого, мертвенного цвета, с бородавками и пучками травы по всему телу. Заглоты предпочитали косить под кочки и питаться рыбой и болотными птицами, но не брезговали и заблудшими путниками покрупнее, благо размеры позволяли.
— Надо ускориться, закат уже. — Алеф недовольно хмурился, но ускоряться получалось плохо — нас безбожно тормозил Акакий, чьи копыта были хуже всего приспособлены для передвижению по болотам. — После заката проснутся болотницы...
Да уж, помню я и про такую нечисть. Утопленницы, которым не повезло завершить свой жизненный путь в болоте. На характер тяжелые, на уговоры и компромисс не идут, питаются мясом. Мясо естественно берут с тех, кого поймают, заворожат и утопят.
А солнце всё ниже... А суши всё не видать...
— Мя-я-яс-с-со... Мяс-с-со-о-о...
Первые болотницы начали просыпаться уже тогда, когда верхушки деревьев, показавшихся вдалеке, километрах в двух, ещё золотили закатные лучи.
— Черт!
Дёрнувшись и побледнев, Борис едва не оступился, но его успел поддержать Роман и мужчина благодарно кивнул.
— Скорее!
Федя ни в какую не хотел меня слушаться, а я не желала оставлять мужчин без поддержки и спасаться в одиночку, но всё решили за меня — мужчины отдали мне котят и клетку с Айрин, чтобы бежать налегке, Федя рванул так, что у меня ветер засвистел в ушах, а Тени тщательно контролировали самых голодных болотниц и по возможности мешали им приблизиться к моим спутникам.