Впереди была ужасная и великая война, истребившая, искалечившая миллионы и породившая небывалые по самоотверженности подвиги. После войны, умело воодушевляя и страшно запугивая одновременно, восстановили разрушенное, обрели новую невиданную мощь.
В коммуналках, подвалах, бараках… Неприхотливое, доверчивое, героическое поколение.
Одновременно с формированием приспособленчества, осторожности, все же выросли тысячи подлинных героев — самоотверженных, светлых. Сталин казался мудрым, всезнающим. Он вливал в человеческие души стремление к грядущему счастливому обществу.
Что там еще было за красивым фасадом, об этом ни говорить, ни думать не смели. Зачем сводить на нет массовую готовность к подвигу и необходимый всему обществу ударный (почти бесплатный) труд! Многих людей, особенно молодежь, охватила тогда искренняя готовность жертвовать собой ради нового счастливого устройства общества.
В 19-м году, еще не ведая о будущих неожиданных препятствиях, Ленин бодро заявлял: "Мы хотим строить социализм немедленно, из того материала, который нам оставил капитализм со вчера на сегодня, теперь же, а не из тех людей, которые в парниках будут приготовлены…".
А пока что, при Сталине, куда делись бурные обсуждения с борьбой мнений, искренними поисками решений. Стал расти "чиновничий кретинизм" (ленинское определение), даже особая речь — крикливая, вся из расхожей терминологии.
Как они выглядели, какими были, давно ушедшие в небытие активисты партийной мысли? "И неразгаданные лица из пепла серого глядят".
Поборники насильственных мер, в большинстве сами от меча и погибшие. Наказанные грешники. Жертвы века.
Если бы существовал звоночек, напоминающий каждому о чужих бедствиях, которые в любой момент могут приключиться и с ним, — писал Чехов. Как жаль, что они вовремя это не осознали.
Не замечать их окровавленные скорбные тени? При невольной встрече наши историки торопились испуганно их лягнуть и удрать в безопасный уголок, чтобы не разделить их участь.
В результате всех усилий и жертв — диктатура одного, опирающегося на подобранных по принципу личной преданности, смертельно запуганных помощников. Все остальное — послушная масса, умело воодушевляемая централизованными средствами воздействия.
Литература, искусство, все мощные учреждения агитации и пропаганды — все служит созданию у людей веры в нового бога и его "царство".
10. МАСТЕР СОФИСТИКИ
"Много разнообразных речей у нас было сказано со стороны оппозиции", — заметил Сталин на XIV съезде.
Даша вышла в коридор к зеркалу, постояла. Сошли дачная свежесть и загар. Спать не хотелось. Почитать еще?
1926 год. Первый год борьбы за индустриализацию.
С какого-то момента у Сталина появился тон проработчика.
"Так могут говорить лишь люди, не понявшие ленинского тезиса о том что… Так могут говорить лишь люди не понявшие положения Ленина о том что…
Конца этому не будет!".
Даша захлопнула книгу и начала стелить свой диванчик, достав постель из ящика. За окном уже опять моросил дождь.
Сна не было. Вскоре в ночной рубашке она опять сидела у секретера.
XIV съезд. Призывы к борьбе с излишествами, хищениями…
15-я конференция ВКП(б)… Борьба оппозиции против бюрократизма в партии расценивалась как борьба против партийного аппарата. А "партийный аппарат и партийные массы, — говорилось в резолюции, — составляют единое целое". Выходило, что оппозиция боролась против партийных масс.
Создавая свою диктатуру, Сталин дал одновременно захватывающую программу действий, сулившую быстрый результат. Социализм лет через десять! Что могли этому противопоставить его противники? Впрочем, о взглядах и намерениях противников Сталина можно теперь судить лишь на основании того, что представлено в его изложении. Где гарантия, что он их не исказил?
Он блестяще сумел дискредитировать противников морально, прежде чем приступил к их формальному уничтожению. А затем — и физическому. Он тщательно все эти шаги подготавливал.
К этому времени — угроза новой войны при экономической военной отсталости. Значит, борьба за военное и экономическое могущество. Напряжение всех ресурсов, скудных средств. В этих условиях оппозиция — внутренняя угроза, обращенная прямо на него и его сторонников. И на то дело, которое предпринято.
Да, вероятно, он просто уверен был, что если не уничтожит своих противников и не запугает всех остальных, его самого прогонят с высокого поста и уничтожат. Выбора не было.