— Хватит придуриваться, — осёк всех Китяж, — Разбираем шмотки и спать. Шесть часов.
* * *Кирилл проснулся от лёгкого шороха. Не от шума вентилятора, к которому он привык, практически моментально, не от возни Андрюхи Новикова, который сегодня спал особенно беспокойно. И даже не от мерного храпа Никотина. А именно от шороха. Не открывая глаз, он внимательно вслушивался в этот звук, параллельно включив «сканер».
Он «увидел» всю свою команду. Тёма и Дон сдвинули столы и спали на них, подложив сложенные ОЗК под головы, на манер подушек. Никотин устроился прямо на полу, опираясь спиной на колонну. Но была и четвёртая точка. И, как раз, она издавала этот шорох. Но откуда она взялась, Кирилл, спросонок, не понимал. Но в голове очень быстро всплыли события этой ночи. «ВОВА!» — мелькнуло в голове у Тяжина, и он открыл глаза. Так и было.
Вова рылся в снаряжении команды, которое лежало прямо под люком вентиляции. «Калаш» с пристёгнутым магазином болтался у него за спиной. Вова собрался драпать и по этому, хватал всё, что попадалось под руку. Набив вещмешок снаряжением, назначение которого было для него не совсем понятным, пленный уже собрался было выходить, как вдруг, за спиной у него раздался сухой щелчок.
— Валишь, Вова? — пленный так и остался стоять в полусогнутом состоянии, пытаясь закинуть рюкзак на плечи, — Куда же ты собрался, без нас? Сам же сказал — все входы заминированы. Нет, я конечно, держать тебя не буду, но подумай сам. Шансов выйти у тебя отсюда без нас, очень не много. Ты можешь идти. Только вещи наши оставь. Скидывай рюкзак, — Вова тяжело вздохнул и поставил рюкзак на пол, так и не успев его примерить, — Теперь, автомат.
— Автомат мой, — тихо ответил Вова, — хочешь забрать — пристрели и забери.
— Надо будет тебя пристрелить, — тихо вещал откуда-то из темноты Китяж, — я сделаю это, не задумываясь. Ты же умный парень. Подумай сам. Ни кто, из присутствующих здесь не даст тебе и шанса, воспользоваться этой железкой. К твоему несчастью, ты нарвался не на простых военных. Все бойцы моей группы — офицеры военной разведки.
— Да, да, — щёлкнул затвором Никотин, — Боюсь, что когда ты только попытаешься снять автомат с плеча, от тебя останутся одни дырочки.
— Быстро же вы проснулись, — досадно усмехнулся Вова и, выпрямившись, медленно развернулся.
— Хочешь уйти? — улыбнулся Тяжин и махнул огромным стволом в сторону железной двери, — Вперёд. Вот только твоё знание этих катакомб не даёт тебе шанса уйти от мин, которые здесь натыканы. А через вентиляцию тебе не выйти. Останешься с нами — твои шансы выжить увеличиваются в разы. Решай сейчас. Как только ты уйдёшь за эту дверь, я буду иметь моральное право пустить в тебя пулю. Чтобы ты, не дай бог, не шмальнул по моим бойцам, откуда-нибудь, из-за угла. Кто не с нами — тот против нас. Здесь нет нейтральных. Либо свои, либо враги. Решайся, Вова, — Кирилл засунул ствол за пояс и достал сигарету, — Опять же, курево у нас есть.
Аргументы Китяжа были железными и Вова, опустив голову, плюхнулся на стол и потянулся к ремню автомата.
— Ну-ка, спокойнее, — дёрнул стволом Никотин.
— Да не нервничай ты так. Я снять его хочу, — Вова скинул автомат и тот брякнулся на пол. Думал он ровно столько, сколько курил Китяж. Затем встал, — Всё верно. Всё правильно. Не оставили вы мне выбора, друзья-товарищи. Как у вас всё просто. Оставайся или умри. А если останешься, то…
— То, всё равно, умрёшь, — перебил его Китяж, — вот только, неизвестно, когда. Может, через пять минут, а может, через пятьдесят лет. Всё действительно, очень просто. Что решил, Вова?
— А разве есть варианты? — усмехнулся пленный.
— Всегда есть варианты. Что с тобой будет — выбираешь только ты. Ты нажимаешь на курок и посылаешь пулю в своего врага. Ты запихиваешь ложку с едой в рот, ты вытираешь свою задницу обрывком газеты. Ты, и никто другой…
— Да понял я всё, Кирилл, понял.
— Ну, раз понял — буди Тёму, и готовьте завтрак. А мы с капитаном пробежимся по ближайшим комнатушкам.
* * *Оставив Вову и проснувшегося Архангела готовить завтрак, Китяж с Никотином отправились на обследование подземелья. Первым делом была обследована кухня. Обычная кухня, какая бывает в обычных заводских столовых. Пять электрических плит, два духовых шкафа и огромное количество кастрюль, сковородок, вилок ложек и алюминиевых мисок, а на вешалке висели пяток белых халатов и поварских колпаков. Всё это было тщательно вымыто и разложено, с таким расчётом, чтобы в любой момент всем этим можно было воспользоваться. Пройдя кухню насквозь, Кирилл упёрся в тяжёлую, теплоизолирующую дверь. Дверь была закрыта на засов, на манер рефрижератора. На засове висел навесной замок, такой хлипкий, что Тяжин сломал его ножом.