Первым делом, Тяжин открыл компьютер. Открыл, увидел требование ввести пароль и закрыл.
«Комп в рюкзак. Рябиниские хакеры поколдуют — может что и удастся из него вытащить. Теперь — папки. Что тут у нас. О-го-го!!!»
Перед Кириллом лежали такие бумаги, за которые иной человек полжизни отдаст. Это были личные дела на всех его парней. Две массивные папки заметно выделялись из стопки своих тоненьких собратьев. Это были дела Рябинина и Тяжина. Причём, дело Кирилла было не таким толстым, как генеральское.
Развязав шнурок, он раскрыл свою папку и обомлел. Все документы были маркированы никак не ведомством Ведьмака. Они принадлежали его родному ГРУ. Хотя, нужно отметить, что это были, всего лишь факсимильные копии. ФГБГ работало чётко. «Хотя, какое, к чёрту ФБГБ!!!»
Китяж посмотрел на листы внимательнее. На каждом стаяла отметка факса «24.08.2012». И номер телефона. Этот номер Кирилл знал наизусть. Ведьмаку сливал информацию кто-то из своих.
«Поэтому и ждали вас, дорогой Кирилл Александрович!» — констатировал Тяжин. Своё дело он положил в вещмешок, рядом с компьютером, и пошёл к сейфу.
Барабан кодового замка светился в сумерках платиновыми отблесками, словно дразня Китяжа: «Попробуй, открой!»
И Кирилл решил попробовать. Подошёл и, взявшись двумя руками за углы стального исполина, закрыл глаза и выдохнул.
«Отключи зрение. У человека, лишённого одного источника информации, тут же обостряется возможность принимать её из других, доступных источников. Человек без информации никак не может… Отключишь зрение — обострится слух… Работай НА СЛУХ… НА СЛУХ… СЛУХ… СЛУХХХХ…» Он нажал тумблер выключателя и в вагоне стало темно. Только сквозь щели в толстых шторах пробивались узенькие полоски света от станционного освещения.
Глубокий вдох. Щелчок в голове. А когда он вдохнул, то услышал, как звук его дыхания отразился от сейфа и разлетелся по кабинету. Даже дыхание сейчас работало на него, как эхолот. Он «видел» всё, что может отражать звук.
Приложив ухо к сейфу, он медленно начал вращать ручку кодового замка. Одно движение — один щелчок. Пустой, сухой, как на велосипедной трещотке.
— ЩЁЛК! ЩЁЛК! ЩЁЛК!
Кирилл продолжал вращать ручку.
— ЩЁЛК! ЩЁЛК! ЩЁЛК!
Капли пота выступили на лбу. Он слышал, как они скатывались по переносице, по щекам и, падая на ковёр, пропадали, впитываясь в трёхсотлетнюю шерсть. Потом он услышал, как включился эскалатор. Услышал, что на нём было два человека. Мужчина и женщина.
— ЩЁЛК! ЩЁЛК! БАХ! — последний щелчок прозвучал как выстрел у самого уха. Было слышно, как какой-то механизм отжал какую-то «лапку» во чреве «медведя». «Теперь, в другую сторону, Кир! Торопись, сюда идут.»
— ЩЁЛК! ЩЁЛК! ЩЕЛК! — как метроном отбивал щелчки сейф…
* * *А вокруг всё переливалась чёрно-белым изображением. Эдакое серое царство. И как только любой звук проникал в бронированный вагон, всё в нём играло оттенками серого цвета, так, как играет жидкокристаллический монитор, когда ткнёшь в него пальцем.
И первой заиграла серой радугой дверь. В это время сейф сделал «БОМ!» и открылся. Китяж тут же встал в угол, между сейфом и дверью, прислушиваясь к голосам. А голоса были уже рядом, у наружной двери. Благо шли они со стороны эскалатора, а не со со стороны тоннеля.
— … Ал Егорыч ушел, и я рискнула оставить пост потому, что я подумала…
— Вам не надо думать, — сурово перебил её мужской голос, — Есть устав караульной службы. И ваша задача, товарищ Валькирия, чётко следовать букве этого документа, — щёлкнул замок наружной двери, и в вагон, в ту комнату, в которой не успел побывать Китяж, зашли двое. Дальше шаги были глухие и мягкие, — И если вы думаете, что товарищ Ведьмак одобрит ваши выкрутасы, то я вас хочу разочаровать. После смены постов, вы будете подвергнуты экзекуции.
— Но товарищ Ведьмак…
— Товарищ Ведьмак, в отличие от своего двойника, как дедушка Ленин — Живее всех живых, — снова осёк Валькирию суровый голос, — но это, пока, совершенно секретная информация. И если вы позволите себе дат слабину и в этом вопросе, то, боюсь, экзекуцией не обойдётся… — Скрипнула дверь и первой в комнату зашла совсем юная Ведьма.
— Ой…, а тут что-то темно…
— Проходите, не задерхррррррр, — договорить он не успел. Кирилл молниеносным движением сломал ему шею, и в продолжение движения, правым локтём ударил Валькирию в висок, отшвырнув в дверной проём уже мертвого сопровождавшего.