Кирилл подумал секунд пять, а потом утвердительно кивнул:
— Есть вопросы. Почему они вышли на Ромку, а не на меня или на Дегтёва?
— А вот этот вопрос задай своему корешу. Короче, Китяж. Нет у меня желания работать с этими топтунами. Буду нужен — звони. Помогу. Но из армии уходить мне не «комильфо». Сросся я с ней. С тех самых пор, как пролетарское происхождение Крайзельмана выяснить захотел. А это было, слава богу, двадцать лет назад… Я ведь ещё в Советском Союзе призывался… Да и потом, Терешков меня озолотить обещал. Медали, говорит, у тебя, Фашист, на спине висеть будут. Вот, теперь посмотреть хочу…
Договорить ему не дал сержант, который буквально влетел в помещение «рубежа».
— Товарищ прапорщик, вас срочно к товарищу майору! Поздравляю!
— С чем? — не понял Фашист.
— Сейчас узнаете, товарищ прапорщик, — загадочно произнёс сержант и полушёпотом добавил, — Наградные на вас пришли из Москвы. Только что фельдъегерь привёз. Целый капитан! Важный такой. Портфель к руке наручниками прикован…
— Вот и озолотил тебя Терешков, — одобрительно кивнул Китяж, — Он своё слово держит. Ладно, — он протянул винтовку прапорщику, — Поздравляю. Настроишь — позвони, — и пошёл к выходу. Остановился и, обернувшись, добавил, — Да, чуть не забыл. Спасибо тебя, Андрюха.
* * *14 февраля 2007 г.
г. Санкт-Петербург.
А дальше, всё пошло — как по маслу. «Китяж — СИБ» заключили контракт на обеспечение компьютерной безопасности Государственной думы и Совета Федерации. После урегулирования вопросов с возвратным процентом, который потёк на счета чиновников через банк Саниного отца, вся братия, включая самого Китяжа, зажила спокойно и счастливо.
Плюсом шла тема с автомобильной охраной. После незначительной доработки, в блок была внедрена система дистанционной блокировки двигателя, и даже система прослушки (эту функцию любили устанавливать в автомобили ревнивые мужья).
Кирилл, раз в неделю, забирал Даньку с Ильёй и устраивал им культурно-массовую программу.
Илье было всего полтора года и он не особо понимал, почему папка так редко бывает дома, а вот Даня… С ним было сложнее.
— Пап, — жуя Биг-Мак Данила посмотрел на отца, — А где ты живёшь?
— У бабушки с дедушкой, — Кирилл понял, что сейчас сын будет задавать не простые вопросы, но вида не подал.
— А мы — дома, — давясь картошкой «ФРИ», пролепетал Илья.
— Говорить с набитым ртом — некрасиво, — застрожился Тяжин.
— А мы — у нас дома, — повторил за младшим братом Данила.
— Я знаю, сынок, — подмигнул ему Китяж, — Я же сам маме ключи дал.
— А почему ты живёшь у бабушки?
— Потому, что мне удобнее добираться до работы, — соврал Кирилл, — жуй, жуй. Глотай.
— А мама сказала, что ты не живёшь с нами, потому, что ты нас не любишь, — открыто сказал Илья.
— Мама у вас, самая лучшая, — улыбаясь, чтобы погасить бушующий пожар в мозгу, Кирилл погладил Илью по белым волосам, — Но она тоже может ошибаться. Ну сам посуди, если бы я вас не любил, я бы повёз вас сегодня в кино на «Шрека», а потом ещё и в «МакДональдс»? С вас бы хватило и одного «Шрека».
— Папочка, а что такое «посуди»? — у Ильи был тот возраст, когда всё непонятно и он задавал огромное количество «почему» и «что».
— Посуди, значит — подумай. И вообще, хватит почемучкать. Доедайте, мы ещё в зоопарк поедем.
Данила с Ильёй переглянулись и, вскочив со своих мест, кинулись обнимать Китяжа, в один голос крикнув
— Ура!!! Зоопарк!!!
Они тискали его, а Кирилл радовался такому маленькому детскому счастью и хохотал вместе с ними. От этого малыши заводились ещё больше и на них уже стали коситься окружающие.
— Ну, хватит, хватит, — начал усмирять детей Кирилл, — Вы что, хотите, чтобы нас отсюда вывели? Позор-то, какой будет.
Парни мигом всё поняли и расселись по своим местам, но улыбка с их лица больше не сходила.
* * *Май 2007 г.
г. Санкт Петербург.
Уже семь месяцев Марина жила у Китяжа. Ни мать, ни отец ничего не сказали ему по этому поводу. Только посмотрели укоризненно, когда услышали. Бизнес пёр в гору, как Сизиф свой камень. Тяжин уже стал Кириллом Александровичем, купил Мерседес S-класса, и ездил на заднем сидении. Однако не отказывал себе в удовольствии прокатиться за рулём HMMWV, который он, после долгих уговоров, всё-таки купил у Фашиста.
И сегодня был как раз такой денёк. Приехав в офис к обеду, он подписал бумаги, которые были в папке «На подпись», решил дежурные вопросы и день пролетел незаметно. Вот только около четырёх вечера что-то кольнуло у него в груди. Но он не придал этому значение.