— Разрешите идти?
— Выполнять, сержант!..
* * *Сегодня, смена караула пришла раньше, на целых пять минут, но подполковника (бывшего старшего лейтенанта Российской армии) Елагина это нисколько не удивило. Такое бывало и раньше. Единственное, что его немного насторожило, это то, что старший караула — сержант Грязнов, назвал пароль предыдущего караула. Хотя, чему здесь было удивляться. Новый пароль должен был прийти по «ВЧ» ровно в десять.
А ещё, от Грязнова пахло алкоголем… Вот это было уже не типично. Генерал позволял выпить только офицерам, и то, не много — пятьдесят грамм крепкого или сто пятьдесят слабого алкоголя и то, за ужином. А от этого пахло так, будто он выпил стакан водки.
— Сержант, — сурово произнёс бывший старший лейтенант, — О вашем состоянии я вынужден буду составить рапорт на имя генерала, — он сел за пульт управления связью и начал записывать в амбарную книгу время смены караула, — А это чревато дисциплинарным… Двадцать ударов, как пить дать. А пока — смена караула.
Сменившийся караул, в количестве пяти бойцов, пошёл отсыпаться пошёл отсыпаться. Кроме сменных караульных, на Центральном узле связи был и постоянный, очень специфический караул. Руководил им лично старлей-подполковник. Представлял он из себя пятерых бородатых дядек. Дядьки покидали ЦУС только по одному и то, чтобы помыться. Еду им приносил помошник дежурного по столовой ЛИЧНО. А ещё им разрешалось то, что не разрешалось больше никому. Спать и есть, сколько хочешь. Но бородатые караульные не особо пользовались этой привилегией. Не менее четырёх часов в день они упражнялись в рукопашном бое. И связываться с ними, сменные караульные не решались.
Но в этот раз, случилось что-то не понятное старлею — подполковнику Елагину. Вместо того, чтобы сменным караульным занять свои места у дверей, один из них, на котором, почему-то был одет не пятнистый камуфляж, а необычная оливковая ХэБэшная форма, подошёл к сержанту-лейтенанту Мамедову — самому здоровому бородачу, и нагло похлопав его по голому, волосатому плечу, с улыбкой спросил:
— Борец?
— Тебе чИго? Жизинь ни мила? — сурово глянул на рядового Мамедов, вытирая пот со лба. Он только закончил очередной спарринг со своим «братом» — рядовым-прапорщиком Калоевым и был готов продолжить поединок с кем-нибудь ещё. Но желающих не было.
— Ну, почему, — виновато произнёс странный, незнакомый рядовой, — Просто, я тоже борец.
— ТЫ??? — он обернулся и, посмотрев на бородатых друзей, залился громогласным хохотом, — Слышали??? Он — БОРЕЦ!!! ВАХ!!! БОРЕЕЕЕЦ!!! — хохотал Мамедов, — Ты борец по шашкам или по городкам??? А может ты — борец по плаванию??? СО ШТАНГОЙ???? — стоявшие в майках и форменных штанах, бородатые бойцы, за спиной Мамедова, поддерживали каждую «остроту» своего товарища дружным хохотом.
— Не верите — не надо. Я потренироваться с вами хотел. В спарринг встать… — обиженно произнёс рядовой, и уже было пошёл на своё место, к двери, но Мамаев услышал слово «Спарринг»…
— А ну, стоять!
— Да ладно, парни, — замялся выскочка в оливковой форме, — Я пошутил. Не борец я… а боксёр…
— За такие шЮтки в зубах бывают промежЮтки, — зло пршипел Мамедов, — Я тебя и в боксе уделаю, ДЮЩАРА!!!
— Ну, ладно, — пожал плечами парень, — Бокс, так бокс. Только я раздеваться не буду. Не удобно как-то, перед такими бойцами, своими костями светить, — и он, тут-же встал в стойку.
Елагин не вмешивался. Генерал Лии поддерживал физическое развитие своих солдат, и всячески поощрял боевые искусства, будь то карате, дзюдо, самбо или даже бокс. И парни кровь разгонят, на свежем мясе.
— Значит, говоришь — боксёр, — парень размял шею.
— Ты — сомневаешься? — Мамедов прикрыл левым плечом челюсть, а правым локтём печень.
— Нет! — ответил «оливковый» и молниеносно нанёс удар…
* * *…ботинком прямо по тому месту роковому. Ну… которое, обычно используется для получения совсем других удовольствий.
Мамедов, выпучив глаза, согнулся пополам, а дальше, всё происходило, как в кино. «Оливковый», поставил ногу на плечо упавшего на колени здоровяка с гор и, оттолкнувшись от него, как от трамплина, полетел в сторону стрлей-подполковника. Елагин, изменившись в лице, попытался дотянуться правой рукой до тревожной кнопки, которая находилась под столом, но «Оливковый» был быстрее. В полёте он достал из-за спины огромный пистолет с не менее огромным глушителем и первой же пулей обжёг плечо старлей-подполковнику.