Короче, после непродолжительных подсчётов у группы оказалось двенадцать магазинов к автоматам, столько же девятимиллиметровых пистолетных, и три канистры «Вампира».
— Не густо, — подытожил Кирилл, — Итак, переходим ко второй фазе нашего предприятия, — он достал планшетку, и парни уселись вокруг него, — Переходить будем здесь. Хоть какое-то укрытие, — он указал на остатки от пролётов моста, — первым идёт Никотин, — снайпер хотел было возразить, но Кирилл остановил его, — Потому что ты самый тяжёлый. Пройдёшь ты, мы пройдём тем более. Перейдёшь, сразу доложишься и закрепляйся. Будь внимателен. Возможно открытое боевое столкновение. Видишь блик оптики — стрелять не спеши. Прикинь всё… Дальше идёт Архангел. Два хороших стрелка на правом берегу нам не помешают. Артём, ты кроешь левый берег и, в случае необходимости, помогаешь Никотину. Дальше — Дон. Бережём его, как зеницу ока. Он наше всё. Я замыкаю. Задача ясна?
— Яснее не куда, — немного расстроено выдохнул Никотин.
— Да, Кирилл. Всё понятно, — подбодрил товарища Артём, — Мы с капитаном вас прикроем.
— В таком случае, выполнять. Связь держать постоянно, — Тяжин похлопал снайпера по спине, — Давай, капитан. От тебя зависит, перейдём мы на тот берег или останемся лежать на льду…
— Умри но сделай? — подмигнул ему Никотин.
— Вот видишь. Ты и сам всё знаешь. Давайте, братцы, — он окинул взглядом Дона и Архангела, — Прикроем капитана!
— Увидимся, — рявкнул Никотин и, спустившись на лёд, сразу вышел на связь, — Ш-ш. Здесь Никотин. Лёд толстый. Начал движение до первого «быка»…
Глава 7
Кургальский полуостров.
Ленинградская область.
Декабрь 2004 г.
Эта зима выдалась снежной, морозной, нервной, и не пошла у Китяжа с самого своего начала. Началось всё 7 декабря тогда ещё две тысячи третьего. Молодое семейство Тяжиных приехало отмечать день рождения дедушки Саши, отца Кирилла. За двое суток до неё Китяжа начало тревожить необъяснимое чувство.
А когда Рэси не вышла его встречать на их повороте, Китяж вообще помрачнел. Такого ещё не было. Она всегда знала, когда он приедет. И всегда встречала его. Мысль о том, что произошло что-то нехорошее, засела в его голове и уже не покидала её, не смотря на веселье. Отцу было 50.
Полтинник — возраст серьёзный. И гости были под стать. Со многими Кирилл был знаком с детства. О некоторых слышал много раз, а об иных не слышал вовсе. Машин было огромное количество. Были простые «Жигули» и «Мерседесы» S-класса. Был даже один бронированный «BMW». На нём приехал генеральный директор Северо-Западного отделения крупной сотовой компании, Коломиец Георгий Михайлович. С ним отец служил в Средиземном море, на боевой службе. С ним Китяж был не знаком.
Был контр-адмирал Варварич — командующий аварийно спасательной службы ВМФ. Был Андрей Звягинцев — капитан первого ранга, командир 328 эвакуационного спасательного отряда, что в Ломоносове. Именно его отряд поднимал АПЛ «Курск» и Андрей мог многое рассказать об этой трагедии. Этих двух красавцев Кирилл знал.
А ещё был, главный водолаз МВД, спасатели, бизнесмены, банкиры, работяги и пенсионеры. Объединяло их одно — все они были водолазами или пловцами. И все сидели за одним столом, невзирая на должности, звания и ранги.
Сидел и Китяж. Слушал тосты и флотские байки, выпивал, сам толкал тосты. Общался, знакомился, закусывал и снова выпивал. И только выходя покурить на улицу, он вспоминал о том неспокойном чувстве, что занозой сидело в его сердце. Он снова уходил веселиться, выпивал, ходил подкладывать дровишек в баню, а потом парился с мужиками. Пару раз его пытались разговорить о его службе, но он отшучивался.
— Не, отцы. Я не служил.
И хотя большинство присутствующих знало, что это не так, его не напрягали на дальнейший разговор.
Веселье шло полным ходом. Под утро гости, те что приехали с личными водителями, стали разъезжаться. А те, которые были за рулём, разложились спать. Кирилл, Женечка и полуторагодовалый Данилка спали наверху, на втором этаже, поэтому их никто не тревожил.
К середине следующего дня разъехались оставшиеся гости. И Кирилл решил, наконец, поговорить с отцом. Отец топил баню. С похмелья, баня с пивком — в самый раз. Батя сидел напротив топки и потягивал «Балтику». Китяж предпочитал «Невское». В холодильнике, который стоял в предбаннике, было и то и другое.
— Оклемался? — спросил отец, глядя на огонь, горевший в топке.
— Да, я и не болел, особо. Но пивка попью.