— Один… два… три…четыре… — едва шевеля губами, прошептал Китяж.
— Что, четыре? — также тихо спросил Александр, но Кирилл ему не ответил. Он лишь поднял сжатый кулак.
В это время «сканер» выключился окончательно и «заводиться» уже не хотел. Совсем. Кириллу оставалось надеяться только на свои глаза.
* * *Как ни старался он увидеть волка, а всё-таки, проглядел его. Зверя он увидел уже метрах в тридцати от себя, внизу в овраге. И если бы волк умел не отбрасывать тени, то Кирилл, может быть и вовсе пропустил бы его. Трусливо поджав уши и короткий, как плеть, хвост, зверюга бесшумно крался между сучьев ивы, которой порос овраг. Давно Кирилл не прицеливался так быстро. Ружьё уже было приложено к плечу, оставалось вскинуть его.
Сноп картечи попал зверю прямо в грудь, но он и не думал останавливаться. Волчара прыгнул на девяносто градусов, на противоположный берег оврага. В прыжке его настиг второй выстрел. Прямо в бок. Зверюга заскулил и закружился как волчок.
«Этого не может быть!!!» — ругался Китяж, делая третий выстрел, — «Ты уже должен лежать!»
Картечь ударила волка по задней части. И даже сейчас, волк хотел спастись… или спасти… Сделав ещё один прыжок он скрылся в чапыжнике оврага.
«Осталось два патрона», — лихорадочно думал Китяж, — «А их было четверо. Где ещё трое???»
Тень подымалась по его берегу оврага. Времени не было.
— Саша стреляй!!! СТРЕЛЯЙ, МОП ТВОЮ ЯТЬ!!!!!
Но Александр стоял, широко раскрыв глаза. Волка он видел впервые…
Выпустив ружьё из рук, Тяжин левой рукой схватился за цевьё карабина, а правой, ребром ладони, наотмашь саданул застывшего Дегтёва в грудь. Парень от неожиданности выпустил оружие из рук и покатился под горку, по которой они поднимались. Тяжин действовал, что называется, «на автомате».
«Пойдут через поваленное дерево», — решил он. Целиться в оптику на таком расстоянии, тем более, если есть вероятность, что через него будут прыгать — было не реально. Вскинув карабин, он снял его с предохранителя и прицелился.
И вовремя. Волк прыгнул как раз в этот момент. Время потянулось как мёд из медогонки. Тяжин тянул крючок. Он не ждал выстрела. Он хотел его. И выстрел ответил ему взаимностью. Пуля достала «серого» в самой высокой точке его прыжка. Пробила обе лопатки, сердце и трахею. От такого удара волк изменил траекторию своего последнего полёта на девяносто градусов. Упал в снег он уже мёртвым.
«ТОЧНЕЕ, КИТЯЖ!!!» — заводил себя Кирилл.
Третий прыгнул там же где и второй. И снова Тяжин тянул крючок. Выстрел прозвучал тогда, когда Китяжу показалось, что волк застыл на месте. ТОЧНО! В УХО!
Туша шмякнулась рядом со своим собратом.
«Где же последний» — думал карабин. Кирилл сросся с этим куском высокотехнологичного бельгийского железа. Сейчас он был с ним единым — целым.
Зверя не было. Он не шёл там, где его ждала смерть. Он был напуган и готов был сам сеять смерть, лишь бы остаться в живых. Инстинкт самосохранения превыше всего.
«ОВРАГ!» — мысль, со скоростью света, мелькнула в голове Тяжина, но он успел зацепиться за неё. В овраге тоже было пусто. «Анализируй, Тяжин… Вот следы первого. Вот место, где его настиг первый выстрел… Крови не много, но она есть… Вот он прыгнул наверх… вот ушёл в чапыжник… А ЭТО ЧТО???»
Следы начинались метров за пять, по оврагу, за спину Китяжу. «Значит, пока я разбирался с двумя верхними, он дошёл до места, где я подстрелил первого… прыгнул… и пошёл к флажкам… А ГДЕ БАНКИРЫЧ???»
* * *Дегтёв пытался встать из глубокого снега, но едва приподняв голову, увидел его. Испуганного, забитого… Прижав от страха уши к голове, он готовился к последнему в своей жизни прыжку. Он был готов умереть. Но умирая, он хотел забрать с собой этого двуногого… Двуногий был одним из тех, кто носит в руках громкие, убивающие палки… Он это чувствовал. А ещё он почувствовал, что двуногий тоже боится… Значит, не все волкам бояться… Если он боится, значит он слаб… «Значит, его можно победить… Эх. Был бы здесь отец… Они бы вдвоём отомстили за мать, которая выводила их по оврагу.» Но отец ушёл с другой половиной его братьев и сестёр. И похоже, он остался один. «Что ж. Один на один… Всё, двуногий. ТЫ — КОРМ!!!»
Он даже не стал рычать. Он просто прыгнул. Точнее, попытался… Потом, он куда-то полетел и ему стало хорошо…
Пуля Китяжа попала точно в левый глаз и вылетела через правый…
* * *А потом он выдохнул, уселся на снег и закрыл глаза. Неожиданно, с помехами, но «сканер» всё-таки включился. В загоне больше никого не было, а вот за флажками кто-то явно к ним торопился. Кирилл встал с мягкой снежной перины. Разгневанный Дегтёв уже поднялся в горку и стоял рядом с ним, держась за грудь.