— Прибыли! — крикнул машинист.
— Какие прибыли? Одни убытки… — Кирилл спрыгнул, подошёл к затянутому паутиной щитку и, окопавшись в нём, нажал нужную кнопку. Скрип, эхом грохнул по ушам всех, кто был рядом с гермо-гейтом. Даже сидевшие на дальней платформе бойцы вздрогнули и высунули головы из-за штабелей, чтобы посмотреть, что это так скрипит.
— Представляю, как они там, на «Обухово» шуганулись! — Никотин старался перекричать скрежет ржавых приводов. И хотел было добавить что-то, но не успел. Сквозь щель, образовавшуюся между стеной и гермо-гейтом, ему в лицо ударил ослепительный луч фонарика.
— РУКИ НА ГОЛОВУ! ЛИЦОМ К СТЕНЕ! — голос из-за двери явно давал понять, что он не шутит и Никотин медленно поднял руки. Тоже самое сделал Дон, который вылез из кабины машиниста, чтобы получше разглядеть, как открывается огромная, полуметровая дверь. Тёма плюхнулся на пол Кабины и сдёрнув с плеча ВАЛ, вцепился в него двумя руками. А Китяж… Он просто растворился в темноте, — ПОГОСИТЬ ПРОЖЕКТОР!!! ПОГОСИТЬ НЕМЕДЛЕННО!!! СЧИТАЮ ДО ТРЁХ И ОТКРЫВАЮ ОГОНЬ!!!
— Погаси, — Тёма тихонько стукнул прикладом по ноге опешившего машиниста. Дон и Тёма медленно слезли с локомотива и встали к стене. Гермо-гейт уже открылся настолько, что в щель мог пройти человек, чем и не преминула воспользоваться охрана «Обухово». Двое пролезли в щель и взяли на прицел Дона и Никотина. Следом пролезли ещё трое. И все в форме полицейских.
— Кто такие? — по голосу Никотин понял, что это был тот, который приказал им поднять руки вверх.
— Капитан Никитин. Военная разведка.
— Слышь, старлей, — усмехнулся один из тех, кто тыкнул в спину парням автомат, — Военная Разведка. Ха-ха-ха! Да какая вы разведка, если вас простые копы взяли.
— Тише, Лямин, — рявкнул старлей, — Андрейченко, Мастеница. Пройдитесь по локомотиву. Сто процентов, кто-то ещё есть. А мы пока с этими Гавриками разберёмся. Итак. Вы утверждаете, что из военной разведки. Документы есть?
— Есть, — поспешил заверить их Дон, — У нас такие документы, что вы у нас…
— Ты не булькай, тварь, — удар по ещё не зажившим рёбрам был такой силы, что у Новикова потемнело в глазах, а потом ему перестало хватать воздуха, и темень в глазах сменилась радужными кругами. Дон потерял сознание.
Где-то, под потолком, лязгнул металл, и полицейские автоматически подняли голову, а старлей даже посветил фонариком. Под потолком был люк. Закрытый. Ну и хрен с ним. А дверь продолжала скрипеть и медленно открываться. Лишь на секунду скрежет прекратился, а потом возобновился вновь.
— Так, что ты там говорил, Никитин, или как тебя там? Может Никсон? Может ты шпион американский? А??? ГОВОРИ ССУКА!!! — тяжёлый кулак ударил Никотина по почке. У капитана перехватило дыхание, но удар он сдержал, — Ого? Похоже ты тут самый крутой! — продолжал издеваться старлей, — Ну, ничего… Сейчас ты мне всё расскажешь… Свинья американская…
— Америкосы не при делах, — превозмогая боль прошептал Никотин.
— Конееечно, не при делах. А когда они были приделах, — второй удар пришёлся а другую почку. И печень… Но Никотин был обучен терпеть боль. Он закрыл глаза, сжал зубы и гадал, куда же делся Китяж.
— Вот старлей, — рядом с Никотином, лбом об стену ударился Тёма, — Прятался в кабине…
Тут же, в хвосте состава раздалась автоматная очередь. А ей в ответ ударило три…
— Сколько их там? Говори, сука! — старлей схватил Тёму за волосы и со всего размаху ударил его лицом о бетонную стену.
— Младший лейтенант Межуев. Военная разведка… — разбитыми губами прошипел Тёма.
— Что,…лядина??? Ты тоже военная разведка??? — зверел старлей, — Я вам по…рам сейчас устрою…
— КОМНДИР!!! СТАРЛЕЙ!!! ОНА ЗАКРЫВАЕТСЯ!!! — заорал один из копов и попытался пролезть в узкую щель и пролез бы, но внезапно обмяк.
Свирепый старлей, лица которого никто из бойцов до сих пор не видел, ломанулся вытаскивать своего подчинённого и уже дотянулся до его ноги, но подчинённый вдруг исчез в неумолимо закрывавшейся двери…
Взбешённый старлей подлетел к разведчикам:
— Кто там??? КТО??? Отвечай говно!!! — он снова схватил Тёму за волосы.
— Младший лейтенант Межуев. Военная разведка, — как мантру продолжал твердить Артём.
— Ну, молись сука, — выдохнул старлей, — Это последние слова из твоего поганого рта, урод…
И тут стоящий рядом со старлеем коп обмяк, а за спиной у него что-то щёлкнуло…
Как только из-за двери раздался грозный голос, Китяж тенью метнулся к противоположной стене и начал карабкаться по кабелям под самый потолок. Под потолком, он завис как паук, вцепившись в кабеля руками и ногами. Глаза привыкли к темноте и он разглядел всех кто зашёл и начал продумывать, что же делать дальше. Ровно три секунды. Пока его взгляд не упёрся в ручку лючка. Ручка торчала перед самым носом.