Туда он и нырнул. Дальше был трёхметровый колодец. Обычный, бетонный. С вмонтированными скобами-ступенями. Кирилл моментально поднялся по этой лесенке и очутился в узком бетонном коридоре. В коридоре что-то гудело и Тяжин бегом отправился на звук. Коридор вывел его на тускло освещённое помещение с огромными механизмами, шестернями и цепями.
Это было машинное отделение гермо-гейта.
— Сюда бы Тёму, — он пролез вдоль стены мимо работающих механизмов и снова нырнул в такой же коридор, только в противоположный. Пробежав по нему метров десять, он наткнулся на такой же колодец. По нему Кирилл спустился уже вниз головой. Медленно приоткрыв люк, он посмотрел на окружающее пространство через ИК-прицел.
Никого не было.
— Вот и славно, — он спрыгнул на пол и метнулся к щитку. И повернул выключатель. Открывшаяся уже на половину дверь, на секунду застыла, и медленно, с шумом и скрежетом поехала назад. Китяж тихонько высунулся из-за закрывающейся двери и спрятался назад. И этого мига ему хватило, чтобы оценить ситуацию. Андрюха лежал на полу. У Тёмы было разбито лицо. А Никотин медленно, но верно начинал заводиться…
Дверь уже почти закрылась, когда один из копов заметил это и попытался пролезть сквозь щель. Но Китяж был готов к этому и опустил на появившуюся в щели голову рукоять АПСа.
И коп опал как куль с дерьмом. Китяж взял его за руку и резко дёрнул на себя. И вовремя. Промедли он ещё пару секунд и от копа осталось бы мокрое место и две половинки.
Щель становилась всё меньше и меньше. Китяж перетянул вырубленному полицейскому руки и ноги ремнём и вскарабкался по кабелям на стену быстрее таракана. Залез, нырнул в люк и помчался назад. Он понимал, что если промедлит, может застать свою группу с маленькими, аккуратными дырочками между глаз. Лязг и движения в машинном отделении уже прекратился и Кирилл без проблем проскочил его. Дальше — коридор и снова колодец.
И снова головой вниз. Люк. Качнувшись на руках, в полёте вытащив из-за пояса Дезерт, он приземлился прямо за спинами полицейских.
— … слова из твоего поганого рта, урод… — послышался голос одного из копов.
Тихонько тюкнув одного из них по затылку и дослав патрон в патронник, он поднял пистолет. В этот момент старлей и обернулся.
Обернулся и упёрся прямо лбом в огромный ствол.
— Тихо. Кричать не надо, — со змеиным спокойствием сказал старлею Китяж, — Вели своим людям положить оружие и вернуться сюда. Ты меня понял?
Старлей никогда не видел такого огромного ствола. Он смотрел на него, как зачарованный.
— Я тебя спрашиваю? — повторил Китяж, но старлей не реагировал. Тогда Китяж применил другую тактику, — Жить хочешь?
— Да что ты с ним цацкаешься, — Никотин развернулся, чуть присел и резко распрямившись, поддел правое подреберье старлея кулаком. Старлей хрюкнул затряс веками и рухнул рядом с Доном, который начал приходить в себя…
— Какая же ты тварь… — прошептал Дон, — Мля… Как в туалет хочется… — он привстал и что было сил пнул старлея носком ботинка. Но сил у него было не много, и удар оказался настолько слабым, что старлей и не заметил, — Уууу… Ссука… Почки он мне отколотил… Железно… Тварь…
— Отдыхай, дружище, — Кирилл аккуратно перетащил его к локомотиву, — Тёма, ты как?
— Жить буду, — ответил Архангел разбитыми губами и кивнул в сторону хвоста состава, — Там чего-то стрельба затихла. Не случилось бы чего.
— Да всё там ровно, — Никотин рассматривал в ИК-прицел стоящих и курящих полицейских и солдат, — Курево у копов видать кончилось ещё неделю назад. Вот они на этой волне и сдружились. Вон как затягиваются жадно…
Тут застонал старлей…
— Ну, — Китяж присел перед полицейским, — Что мы с ним будем делать, Никотин?
— А давай ему язык отрежем, зажарим и съедим…
— Неее, капитан, — игра Кириллу понравилась, тем более, что полицейский явно понял — сейчас его будут очень сильно бить, — Давай вскроем ему печень и напустим туда рыжих муравьёв?
— Нет, братцы… — еле прошипел Новиков, — Я, как доктор… Отрежу ему его «болтуны»… И в рот ему же запихаю… Кому он нужен будет… Без болтунов-то…
— Не надо, болтуны… — шмыгнул носом старлей… — лучше, муравьёв…
— Как это, не надо??? — Изумился Китяж, — Очень надо, старлей. Ты на чрезвычайного и полномочного Представителя Президента руку поднял…, — он достал огромный нож, — Давай… Расчехляй прибор…