— Моя рука и дверца машины не очень удачное сочетание. — Еле заметная дрожь охватила его тело.
— Мне так жаль.
— Это не твоя вина. — Элайджа выпрямился с ее помощью.
— Я хотел бы снова встретиться с ним, без его свиты и момента неожиданности с его стороны.
— Ты можешь стоять?
— Да. — Он выскользнул из ее объятий и прислонился к стене, тяжело дыша.
Ксио указала на окно в потолке.
— Это не просто окно. — Она подошла к шкафу, который стоял под ним. Он был рыхлый и начал распадаться на части, когда девушка пыталась его подвинуть. На полу показался широкий проем. — Эта шахта ведет наружу. Я никогда ею не пользовалась, потому что не знала, куда она ведет. — Ксио опустилась на колени и почувствовала запах многовековой пыли. Она схватилась за что-то мокрое и скользнула внутрь, поцарапав щеку о грубый песчаник.
— Ксио, с тобой все в порядке?
— Да, со мной все хорошо. — Глубоко вздохнув, она поползла вглубь шахты. Что-то бегало по ее лицу, но она подавила в себе порыв закричать. Стиснув зубы, девушка продолжила двигаться дальше. Она проползла на коленях несколько метров, пока не обнаружила над головой такой желанный дневной свет. Теперь ей нужно было лишь схватиться за края шахты, которые не были покрыты решеткой, и подтянуть себя вверх. С ее перевязанной рукой это была непростая задача. Элайджа, следовавший за ней, помог Ксио подняться при помощи своей здоровой руки. Высунув голову из шахты, девушка поняла, что оказалась на лужайке за домом. Теперь нужно было выбраться полностью. Выбравшись наружу, она протянула руку Элайдже, и он схватился за нее. Ксио чуть не упала из-за тяжести его веса. Наконец, тяжело дыша, он приземлился лицом в мокрую траву и тут же вскочил на ноги. Он выглядел бодрее, чем несколько минут назад. Его взгляд блуждал по автопарку Грегора, состоявшему только из люксовых автомобилей. Ее легковой автомобиль малого класса выглядел неуместно. Они украдкой обошли дом, возле которого доносились голоса. Они прижались к стене.
— Петр, избавься от ее машины. Она ей больше не нужна.
— И как мне это сделать?
— Утопи её в ближайшем пруду. Я не знаю! Просто избавься от неё!
— Будет сделано, босс!
Они услышали тяжелые шаги на гравийной дорожке к дому. Дверь открыли и сразу захлопнули.
— Все ключи у Петра. — Ксио наблюдала, как русский направляется к ее машине, насвистывая.
— Стой здесь! — приказал Элайджа. — Я подкараулю его и заберу ключи.
Элайджа незаметно для Петра прошмыгнул к машинам и спрятался за красный автомобиль Porsche Cayman.
— Избавься от машины, ха-ха, — пробормотал Петр. Он вытащил толстую связку ключей. — Но для этого мне нужен ключ, а он в доме.
Петр повернулся и направился прямо за угол к ней. Еще чего не хватало! Ксио огляделась по сторонам в поисках чего-то, что можно было использовать в качестве оружия, и в пределах досягаемости увидела только палку толщиной с палец и один кирпич. У нее не было оружия, с которым она могла бы противостоять Петру. Глупый русский, чей интеллект был чуть выше комнатной температуры, уже несколько лет был правой рукой Грегора и ответственным за крупные дела. Ксио узнала достаточно подробностей, чтобы иметь ясное представление о преступных махинациях своего мужа, но их было недостаточно для того, чтобы использовать в суде в качестве доказательств.
Ксио успела вовремя взять кирпич. Момент неожиданности был на ее стороне. Она ударила камнем о его висок. Петр сразу же упал на землю, но все еще оставался в сознании.
— Ты маленькая сучка!
Он схватил ее за лодыжку и резко потянул. В мгновенье ока Ксио упала на спину, а Петр оказался на ней. Она смотрела неподвижным взглядом в дуло его пистолета Sig Sauer.
— Если я тебя прикончу, эта игра в кошки-мышки наконец-то закончится. Мне это уже просто надоело. Ты представляешь угрозу для нашего дела.
Девушка пренебрежительно рассмеялась, хотя страх крепко держал ее в своих цепких объятьях. Петр смотрел на нее взглядом, полным решимости, и она поверила, что он способен на все.
— Ты не посмеешь! — Ксио бросила ему вызов, подняв подбородок. Раньше дружкам Грегора запрещалось её трогать. Внутреннее чутье подсказывало ей, что сейчас Петру на это абсолютно наплевать, если он таки захочет ее прикончить.
— Милая моя, я пристрелю тебя сейчас, а потом вывезу отсюда. Грегор будет думать, что ты сбежала. Ты встретишь свой конец в мокрой и холодной могиле. Никто тебя не найдет, и, в конце концов, Грегор тебя забудет. — Почти заботливым жестом мужчина убрал прядь волос с ее лица. — Ты боишься. Это хорошо.