Ройто зло посмотрел на рыжего верзилу и прорычал по-фински:
— Мы с вами еще поговорим...
Он молча повертел в руке карандаш, положил сигару в пепельницу и, глядя исподлобья на Колихмайнена, спросил:
— Вам не кажется, Колихмайнен, что с такой информацией фирма не сведет концы с концами?
Колихмайнен деланно улыбнулся и пожал плечами, не вымолвив ни слова.
Ковалев решил, что разговор о плохой информации затянулся:
— Давайте покончим с первым вопросом. Теперь ставлю второй: мы готовы увеличить поставки древесины. Есть два пути: можем сплавлять по реке. И можем укладывать бревна в штабеля на нашей территории с вывозкой ее на вашу сторону вашими машинами.
Ройто пустил к потолку густую струю дыма, помолчал и наклонился к Ковалеву:
— Знает ли господин Ковалев, сколько можно сплавлять по реке?
— Полмиллиона.
— Вы хотите загрузить ее полностью?
— Да, можем загрузить, — подчеркнул Ковалев. — Но вы не будете там единственным потребителем, господин Ройто.
— Мы никого другого туда не пустим, это очень хорошая река, и лес пойдет прямо к нашим предприятиям, — задиристо проворчал Ройто.
— Я не о такой конкуренции, — улыбнулся Ковалев. — Мы строим железную дорогу, и весь лес, который не сумеем вам продать, будем увозить по дороге на внутренний рынок.
— Значит, нашим конкурентом на реке будет господин Ковалев, — пошутил Ройто. — Придется больше есть лука.
Ковалев недоуменно посмотрел на Ройто. Пояснил заместитель торгпреда СССР в Финляндии, пришедший с финнами:
— Господин Ройто всегда ест лук, когда едет на встречу с товарищем Ковалевым. Говорит — помогает.
Все рассмеялись.
— Так что вы скажете о второй половине моего предложения? — обратился Ковалев к Ройто. — Будете возить лес с нашей территории?
— Вот почему я ем лук, когда еду на встречу с господином Ковалевым, — весело проговорил Ройто, обращаясь ко всем и ни к кому конкретно. — Этим предложением он уже превращает меня из покупателя в подрядчика. Боюсь, что однажды окажусь у него в десятниках.
Все присутствующие дружно засмеялись.
— Шутки — вещь полезная, — продолжил Ройто, обращаясь к погранкомиссарам, — но я прошу сделать получасовой перерыв, чтобы мы могли обсудить предложения господина Ковалева.
Когда финны ушли совещаться на улицу, наш погранкомиссар обратился к Ковалеву.
— Сергей Иванович, а как могло случиться, что мы остались без плотины?
— В жизни, уважаемый товарищ, всякое бывает.
— Мне придется докладывать по начальству.
— Можешь спокойно докладывать, древесину всю выплавим. Говоришь, как случилось? У меня два строительных треста. Строительство плотины было поручено второму тресту. Послали прорабом на плотину одного инженеpa-гидростроителя, приехавшего к нам по путевке Минлеспрома Союза.
— Бродяга он был, а не инженер, — вмешался в разговор директор леспромхоза Флюгрант.
— Ты тоже хорош, — упрекнул его Ковалев, — за целую зиму делами на плотине не поинтересовался. Строили-то для кого? Для дяди из Конотопа?
— Ну, и что этот прораб? — продолжал интересоваться комиссар.
— Прораб пьянствовал. Пил один, пил с рабочими, девок и тех вином спаивал. А потом, узнав, что мы сюда едем, забрал деньги и сбежал в неизвестном направлении.
— Позвольте, товарищи, — возмутился комиссар, — это же черт знает как называется...
— А ты, между прочим, не возмущайся, комиссар. Все мы хороши. Слава богу, обошлось. Построили... сообразили.
— Времянку? И долго она продержится?
— До конца навигации. А потом мы ее сроем к чертям, чтобы и помину не было о таком позорище. И на этом же месте построим новую плотину, настоящую.
— А как же удалось времянку так быстро построить? — продолжал спрашивать комиссар.
— Ты видел, как там сделано? — вопросом на вопрос ответил Ковалев. — Отсыпана земляная плотина, сделаны пропускные ворота и лоток длиной триста метров через весь порог. А как удалось — спроси Флюгранта, он делал.
Вошли с улицы финны и заявили, что по реке они согласны принимать дополнительно любое количество древесины на условиях, которые будут обговорены в Экспортлесе, а по вопросу вывозки с нашей территории они дадут ответ завтра ровно в четырнадцать часов. Их погранкомиссар должен переговорить со своим начальством.
Когда финнов проводили, Ковалев сказал:
— Вот как работают: завтра в четырнадцать дадут ответ. А я это предложение четыре месяца пробивал.
— А насчет перевозки через границу катеров, закупленных в Финляндии, решили? — спросил Флюгрант.