Пришлось все делать шаг за шагом, а после собираться пазл. Колесо, лопасти, жернова, кулачковые валы – каждую деталь под пристальным вниманием с трепетом и матами. Могу с уверенностью заявить – мат в домонгольской Руси был! А сейчас еще и обогащен моим послезнанием. Так что пока я изменил на Руси то, что русские будут качественнее материться. А я – молодец!
Только через неделю сложной работы, с помощью какой-то матери мы собрали мельницу. Когда же я выразил желание еще механизм для вторых жерновов в одной мельнице собрать, на меня уже не смотрели как на идиота, но как на деспота-рабовладельца. И это при том, что мельницей занималось только семь человек из артели, остальные же строили хранилища для готовой продукции и отдельно большое зернохранилище.
– Все поля покрыты семем, – продолжала свой доклад Мышана, а я рассмеялся.
Представил, как толпа мужиков покрывает поля своим семем, а моя управляющая их подгоняет. Это был уже в какой-то степени истерический смех. Устал! Я уезжал рано, приезжал поздно и не всегда приходил на тренировки к Филиппу. Даже его десяток привлек носить заготовленный лес и доски для строительства учебного центра. А вот у Еремея открылся талант преподавателя. Так то и трех слов связать может не всегда, но уже десяток подростков так гоняет, что те за несколько недель как срочную в армии XXI-го века прошли, по крайней мере, в физике. Умеют еще мало, но дисциплина уникальная – в рот смотрят наставнику.
– Почали лядить две подсеки. Мужиков треба посылать на рубку леса, – докладывал уже Макарий.
Я же больше размышлял о другом. Вот, замахнулся я на многое сразу, а потяну ли? Пока еще ничего не закончил, все проекты только в работе. А скоро уже нужно уходить в поход, а тут еще что-то мутит Войсил. Его тиун через день у меня обретает. Ничего не говорит, но активно мотает головой. Неужели в эту страду ему ничего делать у себя? Я мог бы понять, если перенимают опыт, но скорее присутствие чужих людей выглядело как ревизия.
Однако, приготовления для отправки в поход не прекращались. Делали расчеты, изучали карту, что я начертил по тому пути, что преодолели после моего появления в этом времени. Обращался и ко Втораку за пояснениями и к Войсилу, даже к Гавриле пришел за помощью. Тому польстило и мне пришлось принять его наставнический тон.
Вот и получается, что дома я бываю не часто, разъезжая по всем землям и зачастую, нужно признаться, впустую. Люди работают, посевная идет, стройка не останавливается. Знаю все это, но сидеть и попивать пиво в такой период не могу.
Сегодня же, благодаря совещанию в усадьбе, я смог быть раньше и уделить внимание жене. Натопили баньку, взял пива и квасу и пригласил женушку посетить это место, ставшее для нас уже волнительным и интимным.
– Любы мой! – в баню в одной нижней рубахе зашла Божана и нежно погладила своей ладонью мою щеку. – Притомился.
– Так страда. Треба так, любая, – я обнял жену и нежно поцеловал.
А дальше уже забытие. Спадающая рубаха, нежные и уже умелые руки любимой женщины, поцелуи и страсть.
– Што ты робила? – спросил я жену после того, как мы уставшие прилегли на лавку.
– Так, Юрия научала грамоте да цифири, – опасливо сказала Божана.
– То добро! – сказал я и поцеловал в щеку жену.
– Любы мой! – начала Божана, но остановилась.
– Што любая! – сказал я и потянулся за кувшином с пивом.
– Не праздна я, – смущенно почти шепотом произнесла любимая женщина.
Кувшин, который уже держал в руке выпал, сам же замер. Я не знал, как реагировать, и еще новости в такой момент расслабленности. Нет, я хотел детей от этой молодой красивой здоровой, но самое главное – любимой женщины. Но это время опасности. Мы живем рядом с город, который стоит на границе Руси. А что если конфликт с марийцами, или к Городцу булгары пойдут, да и Унжу спалят? А еще представилась рязанская княжна с ребенком, прыгающая с городских стен во время захвата Рязани Батыем. Какое будущее у детей? Пока для меня все происходящее как, игра. Да, Божана уже стала частью реальности в этом виртуале, но дети, как будут они здесь?
Любимая привстала с лавки и молча смотрела на меня, а с ее глаз на фоне черных растрепанных волос наливались влагой. И вот первая слезинка покатилась по щеке.