— Блейк, что ты собираешься делать? — Спросила я паническим тоном, когда он сделал несколько угрожающих шагов в сторону Бобби. Его лицо было полно неразбавленной ненависти, зубы оскалились, когда он навис над ним. Мой желудок сжался от растущего напряжения. — Блейк, полиция приедет и разберется с ним. Так что, пожалуйста…
Он даже не слушал меня, сделав еще один шаг в сторону Бобби, дуло пистолета было всего в нескольких дюймах от его лица.
Наглое выражение лица Бобби наконец исчезло.
— Не делай ничего опрометчивого, ладно? — Сказал он ему. Он видел это и в глазах Блейка. Он видел, что Блейк способен прикончить его в одно мгновение. — Ты на самом деле не хочешь меня убивать. Так что опусти пистолет и…
Блейк прижал пистолет ко лбу Бобби и зарычал на него.
— Я хочу убить тебя, — сказал он голосом, который я не узнала. — Я хочу взорвать твой мозг так же, как Айзек сделал с Эммой. Я хочу убить вас всех.
— Блейк, пожалуйста, опусти пистолет. — Я неуверенно шагнула к нему.
Блейк ткнул Бобби в лоб пистолетом.
— Нет. Он должен умереть. Все они должны умереть.
Мое сердцебиение оглушительно отдавалось в ушах.
— Нет, не делай этого. Ты решил этого не делать. Их посадят на всю жизнь. Они будут наказаны.
Блейк прорычал.
— Нет. Этого недостаточно.
— Послушай девушку, Джонс. Не будь дураком.
— Дураком? Это звучит богато с твоей стороны. Сколько смертей на твоей совести?
Я сделала еще один шаг к нему, пистолет Айзека свободно болтался в моей руке.
— Не надо, Блейк. Ты не такой, как он. Ты гораздо больше, чем это. Пожалуйста, подумай о себе, о своем будущем. Подумай обо мне. Не делай этого. Пожалуйста, не делай этого.
Он просто посмотрел на Бобби, который стоял неподвижно, его рука сильнее сжала рукоятку пистолета, а палец дернулся над спусковым крючком. Его мышцы дрожали, и я ожидала, что он выстрелит в любую секунду…
Слишком быстро, чтобы я могла понять, пистолет вырвали из моей руки и прижали к моему виску.
— Брось пистолет, или она умрет, — хрипло сказал Айзек, схватив меня за плечо, чтобы удержать на месте.
Глаза Блейка расширились, когда он увидел пистолет Айзека. Он встретился со мной взглядом, затем снова посмотрел на пистолет, и его лицо исказилось от муки и страха, которые соответствовали моим. Меня затошнило от страха, от которого похолодели мои конечности.
— Ладно, — выдавил Блейк. — Ладно. Только не причиняй ей вреда. — Он бросил пистолет на пол и отошел от Бобби, и на секунду наши глаза встретились.
Айзек направил пистолет на Блейка и нажал на курок.
Я закричала.
Мир сузился до пули, которая попала в голову Блейка, так же, как она попала в Эмму, и ужасное и жуткое зрелище выбило из меня воздух.
Блейк упал на землю и остался там неподвижно, темная кровь текла с макушки по лицу. Так же, как у Эммы.
— НЕТ, — закричала я, опускаясь на колени. Ему выстрелили в голову. Он не двигался. Он вообще не двигался. — Нет, нет, нет, нет!
Вдалеке ревели полицейские сирены, но я не чувствовала ничего, кроме этого сокрушительного чувства в груди, которое распространялось по мне все больше и больше вдалбливая в меня боль. Он был мертв. Блейк был мертв.
Он мертв. Мертв. Мертв. МЕРТВ.
— Черт. Чертовы копы, — сказал Бобби, словно его голос доносился из конца темного туннеля. Его лицо было размытым, когда я посмотрела на него, как и все остальное вокруг, поскольку края моего зрения побелели. — Я пойду подготовлю машину, а ты избавься от девки.
Он выбежал из комнаты, и я посмотрела на Айзека, необычайно апатично, поскольку шок оторвал меня от реальности.
Айзек навис надо мной.
— Извини, сладкий пирожок, но веди себя хорошо на небесах, ладно? — Он подмигнул и направил на меня пистолет, и я закрыла глаза, слишком пустые.
Блейк мертв.
И я тоже умру.
Раздался выстрел, за которым последовал крик. Я дернулась, но боли не было. Я открыла глаза в замешательстве. Айзек упал на пол и отпустил пистолет, кровь текла из его живота. Я резко повернулся к Блейку и задохнулась. Пистолет был поднят в его руке, направлен в сторону, где мгновение назад стоял Айзек.
— Блейк!
Он был жив.
Я отбросила пистолет от Айзека, который свернулся в клубок и держался за живот, скуля от боли, а затем подползла к Блейку, осматривая огромную, ужасную рану на макушке. Отвратительное количество крови стекало по всему его лицу, делая его неузнаваемым. Я подумала что он умер и я вижу фантазию. Но Блейк был жив, и новые слезы потекли по моему лицу.