— Беркс…
— Прости, — сказал Кевин, и его глаза устремились на пол, когда он подскочил. — Забудь об этом.
— Кевин, — позвала я, но он бросился от нашего стола и сделал быстрый выход. Не думая, я пошла за ним, игнорируя взгляды всех остальных.
— Кевин, подожди!
Его длинные ноги отнесли его до другой стороны школы, прежде чем я смогла догнать его.
— Кевин!
— Оставь меня в покое, — закричал он через плечо, и я схватила и повернула его лицом к себе со всей силой, которую я смогла собрать. Каждая из его слезинок прибила новую боль к моей груди, и меня беспокоило, что я не могла многое сделать, чтобы помочь ему справиться с этим.
— Я не оставлю тебя в покое, — ответила я с убеждением, что было редко для меня. Я оглядела почти пустой коридор и потянула Кевина в ближайшую пустую классную комнату, закрывая дверь позади себя. — Поговори со мной.
Он подошел к окнам и остался со спиной ко мне. Его плечи дрожали, его сгорбленная форма говорила мне, насколько он огорчен. Мое сердце болезненно билось за него.
— Это не важно.
— Это, важно. — Я подошла к нему с внезапным всплеском силы, проходящей через меня.
Он был намного выше меня, но он выглядел таким маленьким и хрупким, что я хотела обнять его руками и защитить его от всего мира.
Его брови сошлись вместе, когда он закрыл глаза.
— Я чувствую себя ужасно.
— Из — за того, что ты сказал в кафетерии?
— И это тоже. — Он всхлипнул несколько раз. — Я чувствую себя ужасно из-за … за то, что меня привлекают парни. — Его щеки снова покраснели, и он отвернулся от меня. — Я парень. Я… я не должен чувствовать себя так.
Я схватила его за плечо.
— Не говори так. Ты имеешь право чувствовать себя, как хочешь. Это не имеет никакого отношения к твоему полу. Это то, кто ты есть.
Он моргнул, чтобы встретиться с моим взглядом.
— Мне это не нравится! Я живу со стыдом с тех пор, когда я понял, что… мне и мальчики нравятся тоже. Даже моя мама думает, что это странно!
Я подошла ближе к нему, желание защитить его стало сильнее.
— Все не так. То, что твоя мама не понимает твоей сексуальной ориентации, это не значит, что это плохо.
— Значит, ты не думаешь, что я испорченный?
Я потянула его, чтобы он посмотрел на меня.
— Абсолютно нет. Ты нормальный, и тебе никогда не должно быть стыдно за это. Я думаю, что ты должен принять это и жить своей жизнью, как хочешь.
— Но что, если другие узнают? Они будут травить меня еще больше!
Я тяжело вздохнула.
— Это правда, есть люди, которые действуют так, как будто это не 21-й век, но, по правде говоря, хулиганы могут найти любое основание для запугивания других, будь то их сексуальность, внешность или что-то еще.
По крайней мере, это было то, что мой терапевт говорил мне все время. Она призывала меня принять себя, и гордиться этим, потому что это было то, кем я была. Это было легче сказать, чем сделать.
— Я не знаю, Джесс. Я… я боюсь.
— Я понимаю. — Я хорошо это понимала, потому что я тоже была напугана. Я боялась жить так, как я хотела жить.
Он натянул очки на нос.
— Я ужасный друг. Я думаю, С-Сара ненавидит меня.
— Она не ненавидит тебя. Она понимает, потому что мы не можем выбирать, в кого влюбляться.
— Ты не думаешь, что она злится?
— Нисколько. Так что не беспокойся о ней.
— Но я так смущен, чтобы даже смотреть на Хейдена. Как я могу встретиться с ним после этого?
— Действовать так, как будто этого не произошло? Я не знаю. Я думаю, что это не так уж важно. Я имею в виду, что ты не можешь с этим что-то сделать. — Я похлопала его по плечу. — Так что не беспокойся об этом.
Он пожал плечами.
— Я постараюсь. — Он вытер нос задней частью руки и отрегулировал очки. — Спасибо. Ты потрясающая.
Он был очень милым парнем.
— Ты тоже.
— Кстати, это отстой, что ты не можешь пойти на нашу хоровую-практику. Маркус будет скучать по тебе.
Напоминание об отработке напомнило о том, что я задерживаю Блейка после школы. Я не хотела ничего больше, чем пропустить это, но не было никакого выхода.
— Маркус?
— Ага. Ты знаешь, что он продолжает спрашивать меня о тебе, когда тебя там нет.
— Правда?
— Ага. Я имею в виду, что он всегда хочет поговорить со мной по какой-то причине.
— Хм, это звучит интересно. Может быть, я просто оправдание для него, чтобы поговорить с тобой.
— Нет. Ни за что. — Я посмотрела на него. — Ни за что. Он спрашивает о тебе.
— Это правда, но честно? Я не чувствую, что я ему нравлюсь. Он дружелюбен ко мне, но я думаю, что это все.