— Я подумаю, — прополоскав рот, поправила стёртую маску.
— Я рад, что у меня есть ты, Аси, — робко произнёс, с нотой смущения.
— Ва-а-й, зачем такие милые слова говорить?
— Я честен с тобой и ещё, меня весь день мучил один вопрос. Если я сделаю тебе предложение, ты согласишься выйти за меня? — повисло недолгое молчание, от чего Алаз, почувствовав учащенное сердцебиение, надеялся услышать, разумеется, логичный и отрицательный ответ.
— Я ещё утром проснувшись в твоём домике в день тимбилдинга, нечаянно ляпнула тоже самое, забыл?
— Это означает: «да»?
— Разве у меня может быть вариант лучше?
— Моя Аси, — с улыбкой спокойно произнёс мужчина, — Уже поздно, ложись спать, котёнок.
— Угу, доброй ночи, — начинает смывать маску, под шум включенной воды из крана.
— Доброй, — сбросив звонок и смыв до конца всю голубую консистенцию с лица, Аси протерев лицо чистым полотенцем, берёт телефон вместе с банкой маски и открыв дверь в кромешную темноту испуганно вздрагивает, увидев перед собой негодующего Алаза, — Блять, напугал! — хватается за левую грудь в поисках сердца.
— Это что? — сверлит её возмущённым взглядом.
— Не узнал что ли? Это я, — как ни в чём не бывало, обходит парня и включив свет в комнате, убирает телефон на прикроватную тумбочку, а маску обратно в косметичку.
— Что значит «Ты утром была в домике Дженка»? — следует по её пятам, — Ты для этого пьёшь те таблетки?! — неконтролируемо повысил голос, в напирающей ревности.
— А какая разница? — сдвинув брови вместе, развернулась лицом, — Тебе какое дело, что я пью, а что нет? М? — поставив руки в бока, наезжает на него в ответ.
— Ты спала с ним?! — прищурив взгляд, наклоняет лицо ближе к Аси, указывая в злости пальцем на окно.
— Тебе то что? Тебе то что? — взмахнув высокомерно волосами, становится боком, продолжая свои вечерние туторитуалы, спокойно доставая крем для лица.
— Аси! — кричит в её профиль, смотря на то, как она глядя в отражение ночного окна, пофигистично наносит белую консистенцию на кожу.
— Ты можешь не орать? — взяв ещё капельку, несмутимо втирает косметику в лоб.
— Аси, ты и в правду согласна выйти за Дженка?! — взяв за правый локоть, немного грубо разворачивает к себе, оставляя явный синяк от пальцев на бронзовой коже.
— А за кого я должна выйти? За тебя что-ли, — выдав краткий, высокомерный полусмех, закрыла баночку.
— Аси, ты не можешь..
— Кто сказал? Могу.
— Не можешь.
— Могу.
— Нет.
— Блять, Алаз, какого чёрта я не могу делать то, что хочу?! — в раздражении кидает крем на одеяло и разведя руками в разные стороны, полностью поворачивается к нему лицом, готовясь снова выяснять эти недоотношения.
— Потому что — ты только моя, — сверля чёрные глаза гневным взглядом, в один рывок схватив правой рукой за талию, грубо притянул к себе с нотой доминации и авторитета, — Запомни это, — смотря сверху вниз, по собственнически обводит лицо бешеным взглядом и без страха ответного удара чем-либо, накрыл её мягкие губы своими уже рвано искусанными от нервов, жадно втягивая весь мятный вкус с чужого языка в себя и подведя в один шаг к выкрашенной, бежевой стене, грубо прижал спиной к бетону, придерживая ладонью её голову, — Забудь Дженка, — разорвав затяжной поцелуй с причмокивающим звуком, жадно впился губами в тоненькую шею, словно голодный, дикий волк, который наконец смог поймать долгожданную, убегающую добычу, — Ты принадлежишь только мне, — подобно управляя марионеткой, порывом закинув её стройную, правую ногу себе за поясницу, почувствовал, как женские руки с мнимым протестом отпихивают его в грудь.
— Алаз… — тихо начинает со сбитым дыханием, — Ты с катушек съехал? — почувствовав сильную хватку за попу и новый засос вблизи роста волос, нечаянно выпустила глухой стон.
Бессовестно промолчав в ответ, Алаз лишь по новой накрывая девичьи, слегка опухшие губы, прижимает свою бунтарку сильнее лопатками к стене, ловко закидывая вторую её ногу себе за спину и подхватив руками под ягодицы, держит хрупкое тело навесу, полностью растворяясь в страстном поцелуе, который Аси всегда умела поддержать с горячим энтузиастом и пылом.
— Алаз… Алаз, нам нужно остановиться, — противится в ненасытные губы, чувствуя нежной кожей внутренней стороны бедра, упирающийся через ширинки брюк возбужденный член.
— В этот раз я тебя не упущу, — развернувшись вместе с девушкой к кровати, уложил её расслабленное тело на тёплое одеяло и нависнув преградой сверху, отлучился от поцелуя, заглянув на миг в глаза, — Прости меня, Аси, — тихо произносит, с искреннем раскаянием, — Я схожу с ума без тебя, ты не видишь? Я не могу без тебя, Аси, — сдвинув в отчаянии брови, чувствует, как женские руки начинают постепенно расстёгивать пуговицы его чёрной рубашки, — Прошу, будь только моей, — смотря на любимые, угольные кудряшки с нотой давней тоски, аккуратно и трепетно провел по ним подушечками пальцами.