— Ты не сделаешь этого, — словно услышав шутку, начинает истерично смеяться, качая головой из стороны в сторону, от приступа настигающего сумасшествия.
— С чего вдруг? Советую встать в первые ряды, чтобы лучше видеть, как Аси мне радостно ответит «Да», — с наслаждением смотря на закипание своего друга, закрывает украшение одним нажатием большого пальца на крышку и убрав кольцо обратно в карман, выпивает воду до дна, — Ну, я пошёл, не буду оставлять свою любимую девушку одну, — подмигнув, прошёл вперёд, но у двери обернулся, чтобы добить окончательно, — Ведь такой редкий экземпляр, могут ненароком легко украсть прямо из под носа, — посмотрев напоследок с победоносным взглядом на старого товарища, в приподнятом настроении вышел обратно в сад.
— Сука! — швырнув бокал Дженка с психом прямо со стола на мраморный пол, тревожно схватился за голову, игнорируя мелкие осколки вокруг, — Думай, блять, думай! — бесконечно нарезает круги по кухне, — Как сорвать этот чёртов праздник, — бьёт ладонями по собственным глазам и не придумав ничего дельного, с чувством полного проигрыша в этой трудной битве, просто в отчаянии выходит следом к гостям.
Половину всего торжества, Аси с искренней улыбкой на лице, вежливо общалась со всеми гостями, стоя плечом к плечу со своим начальством и иногда выслушивая мини-отчёты от координаторов мероприятия, давала небольшие поручения и одобрения, как спустя мгновение в микрофон заговорила ведущая с предупреждением, что через десять минут состоится долгожданный праздничный салют с прекрасным лакомством в виде торта.
И вот тут то, в пустую голову Алаза, словно на цыпочках, подкрался гениальнейший план.
Нет торта — нет предложения.
Незаметно пробравшись через приличную толпу гостей в дом и миновав небольшой коридор у входа, Алаз уверенно зайдя в кухню, одним рывком раскрыл большой, двустворчатый холодильник, достав оттуда праздничный торт в прозрачной коробке, — Красивый, сука. Аси видимо выбирала, — поставив его на стол и выбросив упаковку в мусор, непринужденно взял из шкафа большую, столовую ложку и бессовестно нырнув им в пропитанный и обмазанный кремом бисквит, без зазрения совести и смущения, нагло попробовал десерт на вкус, — С курагой? Фу. Дерьмо, — не моргнув и глазом, спихнул блюдо рукой прямо на пол, — Ой, какая досада, — огорчённо покачав головой, под собственное цыкание, доел остатки сладкого лакомства с ложки и быстро удалившись за соседнюю дверь, что вела в винный погреб, спрятался в наслаждённом ожидании главного «босса» сего праздника.
— Госпожа Аси! Госпожа Аси! —
подлетела со спины девушка в голубом костюме, с бешеной паникой в глазах.
— М? — отпив за прошедший час два бокала с белым вином, отправила в рот канапе с ветчиной, пофигистично запивая всё сладковатым шампанским.
— У нас случился форс-мажор… — стыдливо опускает глаза вниз, за свой явный косяк.
— Какой? — посмотрев на эмоционально выясняющих отношения Джерен с Дженком в сторонке у пустующей беседки, подозрительно сдвинув брови, отправила следом в рот тарталетку с морепродуктами и осушив бокал со спиртным до самого дна, с слегка опьянённым взглядом посмотрела на координатора.
— Торт..
— Что «торт»? — слегка пошатнулась не понимая, как её унесло с трёх бокалов, — Несите! — чувствуя себя явно голодной и злой, съела несколько виноградин с фуршета.
— Он… Посмотрите сами..
— Да что с тортом то! — нервно ответила из-за ноющего, голодного желудка и недоверчивого подозрения в сторону честности Дженка, — Украли что-ли?! — психанув на то, как светловолосая сотрудница застенчиво мямлила под нос, словно безвольная тряпка, Аси отправилась в одиночестве на кухню, чтобы разобраться в сложившейся ситуации лично, как совершенно неожиданно для себя, увидела у кухонного островка на полу чёрно-золотую, помятую кучку, — Твою мать… — оглядевшись по сторонам, ищет с помощью чего бы собрать это безобразие и быть может хоть как-то спасти полумёртвый десерт от гибели, разложив уцелевшие, верховые остатки в маленькие пиалы, но словив пониженное давление от приличного, нахлынувшего стресса, паники и алкоголя, пятится назад с чувством головокружения, чтобы безопасно опереться о стену, совсем не слыша, как внутрь подсобного помещения, открывается дверь в темноту и зайдя с прикрытыми глазами в помутнении, на один шаг в кладовку, совсем не поняла происходящего, когда звонкий стук шпилек о кафель, сменился на глухой звук дерева, — Что за… — сдвинув брови вместе, слегка обернула голову, как её тут же схватив за талию, потащили назад, грубо закрывая рот рукой вместе с дверью, — Выпстете! — в конвульсиях невнятно бормочет в ладонь, стараясь кричать, как внезапно уха коснулся знакомый, приятный, бархатный баритон.