— Т-ш-ш-ш, не дергайся и я тебя отпущу, — схватив её руки одной своей, ждёт, когда нервное и пульсивное тело перестанет в панике резвиться спиной в его торс, — Аси, спокойно, я тебя отпускаю… — плавно разворачивает к себе за плечи, включая тусклый свет, с помощью подвесной верёвочки рубильника.
— Ты блять сумасшедший?! — смотря в глаза, начинает истерить и бить парня в грудки, — У меня чуть сердце не остановилось! — хватается за левую грудь без бюстгальтера, безумно чувствуя, как всё больно колит внутри от испуга.
— Нам надо поговорить, — стоя рядом в нескольких сантиметрах, уверенно произносит каждое слово, расставив обе руки на двери, вдоль головы Аси.
— Я. Не. Хочу. С тобой. Говорить! Мне нужно выносить торт, который теперь валяется на полу! Это ты сделал, да?! — толкает, — День рождения Дженка испорчен! Что я ему скажу?! — активно жестикулирует руками, безразлично игнорируя на себе завороженный взгляд молодого человека, который неотрывно смотрел на всё, что она произносит в неуправляемых эмоциях.
— Я могу помочь, хочешь? — произнеся с нотой баса, словно мурчащий, домашний кот, очарованно скользнул взглядом к накрашенным блеском губам, нечаянно провалившись сознанием во вчерашние, бурные, ночные флешбеки.
— Ты? — недоверчиво дёрнула вверх бровями, немного отодвигая лицо назад, — Каким же образом?
— Пойдём, покажу, — избавив девушку от собственного нависания, которое было почти вплотную, спокойно открывает деревянную дверь и схватив Аси за руку, уверенно ведёт за собой в коридор, по противоположной стороне от выхода.
— Алаз? — недоверчиво оглядывается назад, мельтеша шпильками по мрамору, — Алаз, отпусти! — дёргает руку, прекрасно осознавая предстоящую ловушку, но мужская хватка только увереннее усиливается.
— Ты. Пойдешь. Со мной, — зайдя через столовую в пустую кухню для работников, открывает запасную дверь на улицу, что была предназначена для выгрузки овощей и продуктов.
— Куда ты меня тащишь?! — хватается за косяк двери изнутри, и отчаянно держась за материал, противно скрипит каблуками о кафель, давая Алазу, как ей казалось, сильный физический отпор, — Меня же уже потеряли все!
— Плевать я на них хотел, пусть теряют они, но не я, — в этот момент девушка вопросительно обернулась и встретившись с упрямым и властным взглядом Алаза, через секунду почувствовала, как её ноги отрываются от земли и ловко полностью подхватив за бёдра, закидывают на широкое, мужское плечо, уверено ведя к чёрному выходу на заднем дворе, без нот колебания.
— Выпусти!! — свисая тряпочной куклой вниз головой, бьёт в недовольстве ладонями по натянутой пружиной спине, с протестом бултыхая в воздухе туфлями.
— Не кричи! — подкинув в воздухе сползшую девушку, следом ударил по попе звонким шлепком, — Я говорил, что отшлёпаю тебя, Аси, не заставляй меня это делать на улице, — невозмутимо игнорируя укусы, удары и визги за собственной спиной, подходит наконец к машине и открыв переднюю, пассажирскую дверь, аккуратно усаживает темноволосую проблему в сиденье моментально пристёгивая ремнём, — Не дергайся! — прикрикнул, когда из-за её махов руками, он нечаянно и больно ударился макушкой о внутреннюю сторону крыши автомобиля.
— Я сейчас позвоню Дженку! — истерит Аси, когда тяжелая дверь закрывается и через несколько секунд, Алаз садится за руль, предусмотрительно поставив замки на блокировку.
— Звони, — прекрасно зная, что это очередной взброс и блеф для его ревности, пофигистично отъезжает назад.
— Ты ненормальный?! — сверля бунтующим взглядом нахального мужчину, недовольно и рьяно жестикулирует кистями в воздухе.
— Ты в этом виновата, — смотря на дорогу, включил тёплый кондиционер в салоне, приметив оголённую ногу своей проблемной гостьи.
— Я ещё и виновата?! — высоко подняла брови, услышав подобную наглость, — Да ты ахуел! — схватив пустой, бумажный стакан с подстаканника, бросила им в парня, — На кой чёрт ты вообще приехал в Стамбул?! А?! Кто тебя вообще просил портить сегодняшний праздник?! Ты мне не нужен, Алаз! Не нужен! — орёт на все авто с пеной у рта, без конца доказывая свою безразличность и равнодушие.
— Аси! — перебивая, бьёт в ярости рукой по рулю, — Чего ты хочешь?! Чего?! Скажи! — мотает вопросительно головой, напрягая все жилки своей натянутой шеи в гневе.