— Вам не кажется, что в лифе слишком много пуш-апа? — взяв грудь в обе ладони, поочередно поднимает их вверх вниз и развернувшись к консультанту, нежданно для себя встретила окаменевшего в ступоре Алаза, — Ой, а вы что тут делаете? — продолжает держать чашечки в ладошках.
— Э… А… Э… Подошло, — тяжело сглотнул, одобрительно кивнув, — Берём, — переведя всё внимание на грудь, которая казалась больше в виде двух, набухших холмиков, в силу плотности поролона и сильной сдавленности бюстгальтера, — Очень хорошо подошло.
— Подошло? — невинно вскинув бровями, замечает, как часто дёргается его кадык в сглатывании и решив немного поиграть с огнём, невзначай начинает поправлять ладонью то одну грудь, то другую, бессовестно ныряя пальцами прямо в кружевную чашечку.
— Угу… — промычав в ответ, тут же отворачивается, чувствуя, что ещё одна чёртова секунда и он с ноги влетит в эту грёбанную примерочную и прижав свой объект обожания прямо щекой к холодному, начищенному зеркалу, беспощадно войдёт в неё сзади, минуя тонкую полоску ажура, жадно сжимая обезумевшими ладонями хрупкие, женские бёдра.
— Тогда, я примерю второй, — зашторив кусок плотной ткани, слышит, как парень мучительно пытается перевести дыхание — вдыхая через нос и выдыхая через рот. И вот, спустя спустя две минуты, Аси вновь распахивает свою кабинку с небольшой улыбкой на лице, — Этот как?
Буквально на свой страх и риск, Алаз таки обернувшись на голос, увидел просто прозрачный, капроновый, чёрный комплект, который не закрывал собой абсолютно ничего.
— А… Аси… Я вижу… - отчётливо приметив ореолы сосков, под чёрной «пленкой» ткани, опускает глаза ниже, заметив тоже самое и на бёдрах, где соединялись ноги, — Кхм… — коснулся согнутой костяшкой пальца губ, дабы скрыть язык, который норовил облизнуть собственный рот, — Берём.
— Нет не берём.
— Почему? — слегка разочарованно произнёс, вновь пялясь на невесомый лиф, уже бессовестно и реалистично представляя, как однажды ночью, он будет жадно и поочередно, покусывать каждый манящий его упругий холмик, прямо через тонкий капрон.
— Он мне великоват, — оттянув вперёд бюстгальтер, нечаянно и вовсе оголила грудь полностью наружу, — Ой… — мило хихикнув, быстро закрывает шторку, приятно удивляясь такой выдержке молодого человека.
«Он на транквилизаторах? Даже не дернулся с места».
— Я скоро убью себя, — едва ли не плача, закрывает лицо руками, чувствуя ноющую, паховую боль, как в примерочные пришёл тот самый, ушлый консультант в компании с двумя ночными, спальными наборами.
— Я вам принесла сорочки с халатиками, вдруг что-то приглянётся? — нагло всучив одежду Алазу, быстро удалилась прочь.
— Эти двое состоят в сговоре, не иначе, — перекинув шёлк через руку, в ожидании нового дефиле от Аси, наконец услышал звук металлических колец шторы, о железную трубу кабинки.
— Я не люблю чулки, почему мне это принесли? — крутясь вокруг себя, рассматривает в зеркале завязки, что вели к широкому, кружевному пояску на талии, полностью прикрывая пупок.
— Можно я умру… — вцепившись глазами в каждое движение своего объекта обожания, пробубнив под нос, держит себя в руках из последних сил, прекрасно понимая последствия, в виде категоричного поведения Аси из его воображений, если он прямо сейчас сорвётся к чёртовой матери.
— Я не знаю даже… — повернувшись боком, коснулась ладонями ягодиц, — Не слишком ли? — взглянув на парня, увидела, как он чересчур активно и молчаливо отрицательно мотает головой, — Точно? — начинает кивать положительно, — Ну ладно, что там у вас в руках, — подойдя непозволительно близко, плавно забрала два ночных образа, — Это мне? — будучи абсолютно босой, не считая чулков, оказалась намного ниже ростом и невинно взглянув из под ресниц на Алаза снизу вверх, мило хлопает глазами.
— Аси, я очень рад, что ты так уверена в моей выдержке, но вот я не уверен, — прожигая варварским, обезумевшим взглядом грудь в объятиях острого кружева, без конца повторяет себе одну и ту же фразу: «Смотреть можно — трогать нельзя».
— Я приятно удивлена, — хмыкнув в ухмылке, вызывающе провела пальцами от тонкой шеи к аккуратно-приподнятой груди, с энтузиазмом наблюдая за тем, как кадык парня, вновь нервно дергается в сглатывании.
— Аси, иди, — заводя руки за спину, крепко держит ладони вместе, чтобы остервенело не вцепиться в любимую талию и не сжать этот чёртов, кружевной пояс всеми фалангами, до появлении на золотистом теле синюшных следов.
— Мне так нравится ваше сегодняшнее поведение, господин Алаз, — приятно усмехнулась и высокомерно взмахнув волосами, прямо в лицо молодого человека, деловая отправилась на примерку дальше.