- А сам как думаешь? – холодно отвечаю ему. Сейчас все его слова, как пустой звук. Знает, что я хочу от него услышать. И прекрасно понимает, как я реагирую на провалы. – Ты нашёл этого ублюдка? Тебе, как никому другому, известно моё отношение к отрицательному ответу.
Игнат протягивает мне телефон. Смотрю на фотографию с мёртвым Стасом, но облегчения так и не испытываю. Лицо Стаса покороблено болью и мимолётным ужасом, навсегда запечатлённым в его последних мгновениях. Возвращаю телефон и встаю на ноги. Тянусь за сигаретой, чтобы снять это долбаное напряжение, но останавливаю себя. Как-никак, но всё же больница. Нужно следовать установленным правилам.
- Артур Тигранович, - голос Соболева прерывает ход моих мыслей. – Вам...
- Соболев. Тебя где, сука черти носят? – хватаю его за воротник. – Ты как охрану выставлял? Я ясно велел с девчонки глаз не спускать.
- Вы же были в VIP комнате. Моя основная работа - защищать Вашу жизнь! – отвечает, глядя мне в глаза.
- Твоя работа - выполнять мои приказы! – сдавливаю галстук на его шее. – Если она не выживет, отправлю следом!
- Успокойся, Артур! – вмешивается Игнат. – Яна сильная, она выкарабкается. Отпусти его. Сейчас не время искать виноватых. - Мы сделаем всё возможное, чтобы вытащить её. - Игнат кладёт руку мне на плечо, привлекая моё внимание обратно.
Я отпускаю воротник Соболева и смотрю на него. Он отступает на несколько шагов, потирая покрасневшую шею. В комнате воцаряется напряжённое молчание, и каждый из присутствующих ждёт, что я скажу дальше. Но слова застревают в горле, и вместо этого я нервно провожу рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.
Измученный долгим ожиданием, прислоняюсь затылком к холодной стене. Тяжесть ответственности давит на меня, как никогда прежде. Яна должна выжить любой ценой. Времени мало. Сердце стучит, словно в такт уходящим секундам. Выдыхаю, только когда из операционной выходит Шевцов, сминая в руках маску.
- Яна, – выпаливаю, - как она?
- Состояние тяжелое, но жить будет, – уверяет Шевцов. – Большая кровопотеря. Пуля чудом не задела печень.
Шевцов вытирает выступившие со лба капли пота.
- Не в моей компетенции спрашивать у Вас, Артур Тигранович, что произошло. Меньше знаем - крепче спим.
- Правильно мыслишь, - отвечаю со сталью в голосе. – Мне нужно её увидеть.
- Сейчас это невозможно, - отвечает Шевцов. – Ближайшие пару дней никаких посещений. В реанимацию вас всё равно никто не пустит. Прошу прощения, но мне нужно оформить девушку. Кем она вам приходится?
- Невеста! – выпаливаю ему. – Остальную необходимую информацию вам предоставят.
Шевцов уходит, а я остаюсь наедине со своими мыслями. Я провожу рукой по лицу, ощущая, как усталость и напряжение накатываются новой волной. Игнат садится и, скрестив руки на груди, поворачивается ко мне.
- Охренеть новости! – вырывается у него. - Ты действительно думаешь, что Яна согласится? – спрашивает у меня.
- Заткнись, Игнат. Это единственный способ оградить её от всего этого дерьма!
- Огородить или ещё больше втянуть? – Игнат вставляет свою ноту. – Это из – за тебя она в таком состоянии. Не свалил бы ты со своей Кэтрин, ей не пришлось бы слушать других, таких же шлюх, которые как на духу выложили всю твою бурную жизнь.
- Сука. У меня с ней ничего не было. - Сжимаю руки в кулаки.
- А кого это волнует? – отвечает Игнат. – Назад время не вернёшь.
- Нужно уточнить, кто слил информацию Стасу о том, где находится Яна. Займись записями с камер.
- Видео с камер у меня. А тебе не помешало бы переодеться, – хлопает меня по плечу. - Тебе бы отдохнуть, старик.
- Некогда отдыхать, - отвечаю ему. - Соболев, отбери лучших ребят. Будут дежурить по всему этажу и у палаты. Игнат, выдели и своих парней. Что-то у меня появились сомнения в квалификации подобранной охраны.
Покидаю больничные стены, испытывая некое беспокойство за девчонку. Понимаю, что рискую, оставляя её здесь, но мне нужно решить вопрос с крысой, которая повадилась стучать.
Оказавшись на улице, делаю глубокий вдох свежего воздуха. Тишина, которая стоит на улице, опьяняет своей тишиной. Открываю дверь, чтобы сесть в салон машины, как голос выбежавшей медсестры останавливает меня.
- Простите. Вещи пострадавшей нужно забрать.