В углу мерцает экран монитора, шёпотом обрамляя звук капельницы, растворяясь в эхе палаты. События произошедшего сотрясают всё тело. Губы пересохли. Любое движение вспыхивает приступом резкой боли, от которой глаза наполняются слезами.
За что мне всё это?
Мысли текут медленно, словно вязкая субстанция, вынуждая меня снова и снова перечитывать каждое воспоминание, которое причиняет только боль. И я ужасно хочу пить...
Слышу какое-то копошение, а следом раздаётся звук захлопнувшейся двери и какие-то быстро удаляющиеся шаги. Я не уверена, что так должно быть. Я уже ни в чём не уверена. Тишина, которая меня окружает, начинает сводить с ума, и я снова окунаюсь в хаос мыслей, теряясь в бесконечности воспоминаний, переживаний и страха.
Приглушённые звуки снаружи вновь проникают в комнату. Ощущается собственная беззащитность — я здесь совершенно одна, оторванная от остального мира, окружённая только болью и мыслями, которые, кажется, существуют независимо от меня и моего желания.
И вдруг я слышу свой собственный голос. Тихий и дрожащий. Чувствую, что даже простое слово требует усилий. И это первая ступенька на пути к выходу из мрака.
- Здесь есть кто-нибудь?
- Успокойтесь, - слышу мужской голос и пытаюсь привстать, но из-за боли, пронзающей моё тело, не могу. – Не нужно делать резких движений. Вы ещё слишком слабы.
- Сколько времени я здесь нахожусь? - выдавливаю я с трудом, ощущая, как каждое слово отнимает силу.
- Несколько дней, - отвечает мужчина. – Вам не стоит волноваться. Организм молодой, быстро восстановится.- Доктор аккуратно убирает простыню и осматривает швы. – Вечером сделаете перевязку.
- Я поняла, - отвечает медсестра. – Доктор, там приехал жених пациентки. Его впустить?
- Подождите, какой ещё жених?
Доктор, ничего не сказав, выходит из палаты. Я пытаюсь понять смысл услышанных слов, но в голове полная каша. И только, когда в дверях появляется Игнат и Артур, я начинаю понимать, в чём дело. И от этого мне ещё обиднее. Внутри какая-то буря противоречивых эмоций, в которой сложно найти середину. Медленно отворачиваюсь к окну, потому что не хочу никого из них видеть. В том числе Артура. Но что я могу в таком состоянии? Ничего. Только лежать и слушать всё, что они мне говорят.
- Ты потеряла, Золушка, – улыбнувшись, произносит Игнат, надевая на мою руку браслет, который сам же мне и подарил. – Я рад, что с тобой всё хорошо. Иначе вот он, - указывается на Артура, - разнёс бы эту больницу по кирпичикам, не оставив и фундамента.
- Спасибо, - улыбнувшись, отвечаю Игнату.
- Игнат, оставь нас наедине, – со сталью в голосе говорит Артур. - Нам нужно поговорить.
- Нет, - обращаюсь к Игнату, схватив его за руку, но из-за резкой боли отпускаю. - Не оставляй меня с этим озабоченным альфа- самцом неизвестной породы.
- Ян, лежи спокойно, – отвечает Игнат. – Я буду за дверью. После такого заявления, он тебе точно ничего не сделает.
Игнат выходит, оставляя меня наедине с Артуром. А я даже в глаза ему посмотреть не могу. После всего, что сказала ему, мне неловко. Сердце раз за разом пропускает удары с такой силой, что помимо пищащих под ухом приборов, я слышу его биение собственными ушами.
Чёрт. Не окажись я такой беспомощной, то давно бы сбежала отсюда. Но, как далеко бы у меня получилось убежать? У Артура слишком длинные руки. Он достанет меня везде. А ещё эти мои чувства по отношению к нему… Я ничего не могу с ними сделать. С каждым разом они становятся только сильнее.
И мне больно видеть его с другими. До сих пор не могу забыть, как он ушёл со своей бывшей Кэтрин, оставив меня одну в этом злополучном месте. Вот так легко взял и ушёл…
- А теперь поговорим. - Берёт стул и садится рядом с кроватью. – Выбора у тебя в любом случае нет.
- А у тебя он большой, - сжимаю руками простынь. – Зачем ты пришёл? У тебя наверняка есть куда более важные дела, не требующие отлагательства. - отворачиваю голову от него.
- И я обязательно ими займусь, как только ты, моя дорогая, отсюда выйдешь, - говорит, оперевшись на спинку стула. – Ты даже представить себе не можешь, сколько нервов пощекотала своей выходкой.