Боже…
Мне нравится этот опасный, порочный мужчина. Он нравится мне до безумия. И я уже не знаю, кто я в этой истории – жертва или добровольная пленница. Наверное, и то, и другое в равных количествах.
Я вздрагиваю, когда его пальцы переплетаются с моими запястьями над головой, а губы медленно скользят по моей шее, оставляя за собой дорожку горячих поцелуев. От этого прикосновения по телу пробегает дрожь. Он знает, как меня завести, как лишить воли.
Артур разрывает футболку на моём теле. Лёгким движением руки проводит от груди к животу и замирает, когда пальцы прикасаются к шраму. Он медленно по нему проводит, а мне от этого только хуже. Я знаю, как он выглядит. Знаю, что Артур винит себя в случившемся, но его жалость ко мне… Это невыносимо.
- Не нужно, - шепчу ему. – Пусти меня. Думаешь, я ничего не вижу? После того как я приехала в твой дом, ты начал смотреть иначе. Несмотря на твоё дикое желание трахнуть меня, в твоих глазах проскальзывает жалость ко мне. Мне это не нужно Я не хочу, чтобы меня жалели. - Смотрю ему прямо в глаза.
- По-твоему, желание оградить тебя от всего дерьма, которое тебе пришлось пережить, является жалостью? – усмехается, наклоняясь ближе. – Нет, моя дорогая. Ты такая сильная, но в то же время такая сломленная. Ты многого не понимаешь, Яна. Даже не можешь отличить банальную заботу от жалости…
Его глаза темные, в них бушует целая буря эмоций, которые он тщательно скрывает. Я вижу в них и страсть, и нежность, и какую-то обреченность. Будто он знает что-то, чего не знаю я.
- Почему ты ничего мне не… - не успеваю договорить. Мои губы снова оказываются в сладком плену.
Я схожу с ума. Каждое его прикосновение отдаётся во мне сладкой и в то же время острой волной возбуждения, которую я не могу контролировать. Рядом с ним это просто невозможно. Он как магнит притягивает к себе…
Между нами так долго не было близости. Боже… Как мне совладать с собственными чувствами, которые рвутся наружу?
- Артур, - шепчу его имя.
Он отстраняется на мгновение. В его глазах пляшут черти, а губы расплываются в дерзкой усмешке. Артур словно наслаждается моей беспомощностью. Дразняще целует каждый сантиметр моего живота, пока не добирается до кружев. Единственного кусочка ткани, который на мне остался. Поддевает его и срывает с моего тела, как будто его и не было...
- Такой ты мне нравишься куда больше, - произносит, стягивая с себя спортивные штаны и боксеры.
Чёрт…
- Какой?
- Послушной и не задающей лишних вопросов, - обхватывает меня за бёдра и притягивает к себе. – Влажной и готовой принимать меня.
Он нежно касается своим членом влажной изнывающей промежности, и я вздрагиваю от этого прикосновения. Всё моё тело словно пронзает мощный электрический разряд. Дыхание сбивается. Артур наваливается сверху и медленно подаётся вперёд, дразняще заполняя меня собой до упора.
Мне так хорошо с ним.
Безумно.
Ощущение, будто я на грани.
Каждый его толчок отзывается сладостной дрожью внизу живота. Я хочу его. Боже… Я хочу больше. Обхватываю его за шею, впиваясь ногтями в кожу. Резкий толчок и стон вылетает с моих губ. Жар разливается по всему моему телу, лишая меня остатков разума. Есть только он, его прикосновения и это безумно нарастающее возбуждение, которое овладевает всем моим телом.
- Ещё Пожалуйста,- умоляю его. – Не останавливайся.
Артур усмехается, слыша мою мольбу. Его движения становятся более напористыми, уверенными. Каждый толчок, как взрыв страсти, а каждая секунда - это приближение к неминуемому пику. Я чувствую, как внутри меня всё сжимается, пульсирует, требуя разрядки.
Это невыносимо…
Невыносимо сладко…
Невыносимо приятно…
Стон слетает с моих губ с каждым его толчком. Моё тело живёт своей жизнью, извиваясь навстречу каждому его движению. Ноги обвивают его бёдра, притягивая ещё ближе. Кажется, что между нами не остаётся ни единого просвета, лишь плотное соприкосновение кожи, влаги и дикого желания. Я чувствую, как его дыхание обжигает мою шею, а сердце бешено колотится в унисон с моим. Ещё один толчок и меня накрывает волной наслаждения, такой сильной, что я теряю ориентацию в пространстве. Кричу, не в силах сдержать этот животный стон, вырывающийся из самой глубины моей души. Артур замирает продлевая во мне это приятное чувство, а затем с новой силой продолжает свои толчки, пока и его не накрывает волной наслаждения.