Вот же дьявол. Специально вгоняет меня в краску.
- Хорошие мультики смотришь, – вмешивается Игнат. – Одобряю.
- Я тебе вечером такие мультики устрою! – Артур наклоняется ближе, нежно проводит кончиком носа по моей скуле. – Что сидеть не сможешь…
- Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, - нервно усмехнувшись, отвечаю ему, прикрывая руками пятую точку. Мне прекрасно известно, к чему он сейчас ведет. Хочет ещё раз кончить - пожалуйста. Но вот пятую точку, не дам. Пусть даже не мечтает.
- Доедай и на выход, любительница мультиков, - говорит и садится напротив.
И как тут поесть спокойно, когда на тебя смотрят четыре пары глаз. Тут не то, что кусок в горло не лезет, взгляд поднять неловко, но я всё же съедаю. Иначе, Артур от меня не отстанет. И это в лучшем случае. В худшем я даже боюсь представить, какую сцену из этого порно он решит повторить на мне.
- Вот и славно. А теперь поехали. Соболев, готовь машину и охрану. Лишний раз подстраховаться нам не помешает.
Глава 27
- Артур, думаешь, что Геннадий Витальевич… - начинаю говорить и замолкаю. В голове никак не укладывается мысль о том, что отец моей единственной лучшей подруги такое чудовище. Сколько мы уже знакомы с Юлькой и я ни разу не замечала за Геннадием Витальевичем чего-то вон выходящего. Он всегда был сдержанным человеком, мог пошутить, но я и подумать не могла, что всё вот так повернётся. Это даже кошмарным сном не назвать.
- Не исключено. Доберман непредсказуем, и ты сама в этом прекрасно убедилась, - откидывается на спинку сиденья. - Всё остальное тебя не должно касаться.
Я обхватываю себя руками, пытаясь согреться. У меня слишком много вопросов к Артуру. Настолько много, что я не уверена в том, что в данную минуту они будут кстати. Сейчас мне интересно совершенно другое: знала ли Юлька обо всём, что творил её отец? И, если она была в курсе, тогда почему ничего не сказала мне? Почему промолчала, если видела моё состояние? Я не уверена в том, что смогу справиться со своими мыслями. Я уже ни в чём не уверена. Для меня всё настолько запуталось, что сложно различить правду ото лжи, которая преследует меня уже долгое время. Сначала родители, потом Стас, а теперь возможно и единственная подруга. И никто не может дать мне ответы на мои вопросы. Мне только и остаётся, что сидеть и додумывать.
Тишина в машине давит на меня, словно бетонная плита. Я украдкой смотрю на Артура и вижу, как его лицо выглядит напряжённым. Глядя на него, мне хочется закричать. Выплеснуть все накопившиеся эмоции, но я лишь молча сжимаю свои руки в кулаки, не в силах изменить происходящего. Это выше моих возможностей, которых у меня итак, по сути, нет.
Я перевожу взгляд в окно, стараясь отвлечься от мучительных мыслей. Но пейзаж за окном кажется каким-то серым и унылым, отражая моё внутреннее состояние. Я могу притвориться, что всё хорошо, но описать в точности то, что твориться у меня на душе, не могу. Это сложно. Там творится хаос из предательства, обмана и лжи.
- Успокойся,- произносит Артур, даже не глядя на меня. - Чем больше будешь думать о происходящем, тем тяжелее будет после.
- Откуда тебе знать, о чём я думаю? Ты же мысли читать не умеешь.
- Мне не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, что у тебя в голове. Всё прекрасно написано на твоём лице.
Я отворачиваюсь к окну, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Мне не нравится, что он так легко меня читает. В такие моменты хочется провалиться сквозь землю и исчезнуть, чтобы никто не видел моей слабости и растерянности. Но это невозможно. Воспоминания не исчезнут сами по себе. А шрам на моём теле так и будет служить мне, как напоминание о том кошмарном дне. Стоит только вспомнить, как меня охватывает ледяная дрожь. Это так странно, что я задумываюсь обо всём этом именно сейчас, что…
Всё, Яна. Хватит. – В мыслях твержу сама себе. - Что случилось уже не изменить. Нужно принять ситуацию и двигаться дальше. Иного пути нет. Дороги назад тоже нет. Ты не сможешь постоянно жить в страхе. А если продолжишь, от тебя ничего не останется. Возьми себя в руки.
Делаю глубокий вдох и, так и не дав ответа Артуру, продолжаю смотреть на знакомые мне улицы. Я даже успеваю заметить свою улыбку, которая мелькает в отражении окна.