В конце концов Кармен сразил сон. Она настолько устала, что не услышала визга тормозов на подъездной дорожке, шагов по тропинке, скрежета при повороте ключа в замке и шагов по ковру. Она проснулась лишь от того, что кто-то включил в комнате свет. В первую секунду Кармен не могла ничего понять, потому что в голове мутилось от усталости, а свет был очень ярким и слепил глаза. Она вгляделась в склонившееся над ней лицо и узнала мужа.
– Том, – сказала она.
– Что ты натворила? – произнес он в ответ.
Его взгляд, тон его голоса были красноречивее слов. Все чувства Кармен, ее интуиция и нервы кричали: «Он тебе не друг, он – твой злейший враг!» Не сознавая, что делает, Кармен подняла руку и изо всех сил ударила Тома по голове зажатым в кулаке пресс-папье.
Глава 22
Кармен сидела на одеяле, постеленном на пригорке у берега, и смотрела на море. Рядом спала Роза. Едва ли не каждую минуту Кармен заглядывала в коляску, чтобы посмотреть на это прелестное создание, завернутое в вязаное одеяльце, которое извлекла Люция из какого-то заветного чемодана. Кармен подозревала, что в свое время в это одеяльце заворачивали и ее. Морской воздух, несомненно, шел на пользу малышке, ее щечки стали розовыми, как у китайской фарфоровой куклы.
Кармен все еще привыкала к возникшим обязанностям материнства. Ей бы хотелось сейчас подойти к кромке берега, побросать в море камни и посидеть у самой воды, чтобы волны набегали на ноги. Собственно, это она и хотела сделать, когда собиралась сюда, но, конечно, это было невозможно – спуститься с коляской к морю по крутому, усыпанному галькой берегу. Сейчас, и в последующие годы, а возможно, и до конца жизни она перестанет быть центром собственного существования. Теперь, день за днем Кармен все глубже проникалась этой истиной.
Однако это была малая цена за любовь, появившуюся с рождением Розы, которая помогла Кармен отстраниться от ужаса прошедших месяцев.
Настанет день, когда ей придется снова собраться с силами, чтобы окончательно преодолеть его последствия, и, может, сегодня настал первый день этого преодоления. Кармен пришла на берег в годовщину смерти Зены. Об этом не знала ни одна живая душа, включая и Тома, но для Кармен было очень важно оказаться здесь. Она начала планировать эту поездку месяц назад, а сегодня проснулась рано утром, собралась и села в поезд вместе с Розой на вокзале Виктории, нагруженная всеми необходимыми детскими принадлежностями – салфетками, подгузниками, ковриком и игрушками.
Подумала она и о том, где сядет на берегу. Кармен выбрала то место, где Зена обычно купалась и где она, без сомнения, оставила в тот день свою одежду, заботливо положив ее в сумку, чтобы уберечь от дождя. Кармен оглянулась через плечо, посмотрела в сторону бунгало и представила, как Зена, пылавшая от возмущения после ссоры с Томом, спускалась с холма. Может, она раскаивалась? Нет, едва ли. Скорее всего, Зена искренне не понимала, из-за чего Том так разозлился. Может, она сама была рассержена, оттого что Том не принял ее сторону. Но, вероятнее всего, ей было просто наплевать.
Неужели Зена не сознавала, какую глупость сделала, рассказав Мэл о своих трюках с кредитной картой? Кармен до сих пор не могла понять – зачем Зена так поступила? Надо было лишь немного подумать, чтобы догадаться: двенадцатилетняя девочка, говорящая, что ненавидит свою мать, начнет яростно ее защищать, если чужой человек осмелится ругать ее. Может, условия жизни Зены помешали понять очевидные вещи?
Кармен подумала о семье Зены. Ее мать Эми – опустошенная и потерянная женщина, отец – человек, бросивший семью на произвол судьбы. Зена, видимо, не знала, что такое быть частью нормальной семьи, иметь родителей, братьев и сестер, к которым ты накрепко привязана, даже если иногда готова бежать от них на край света. Когда-то Кармен думала, что у них с Зеной было похожее детство, но она ошибалась.
Зена, конечно, не могла предвидеть исход, но главный вопрос все равно оставался: зачем она так поступила, почему совершила этот жестокий и бессмысленный акт? Том говорил, что ее спровоцировала Мэл своими разговорами о Лоре. Неужели чувство соперничества затмило разум Зены? Разве ей было недостаточно любви человека, которого она сумела отнять у Лоры, и хотелось, чтобы даже дети признали ее победительницей? Она стремилась безоговорочно завоевать и их?
Зена просто не видела опасности. Эми говорила Кармен: дочь была бесстрашной и никогда не допускала мысли о том, что может пострадать. Возможно, это какой-то генетический дефект?