Значит, Билл был на свадьбе? Кармен его не видела.
– Мне казалось, что ты всегда считал Билла изрядным мошенником.
– Да, я недолюбливаю таких людей, но он знает толк в подобных делах.
– В каких?
– В инвестициях.
– Том, в письме речь идет о половине миллиона фунтов!
– Ну, я бы не стал вкладывать такие деньги…
– Откуда взялись эти деньги? Мы, кажется, переживаем трудности!
– Ты переживаешь трудности? – спросил он. – Почему? Какие?
Кармен задумалась: в самом деле, какие трудности? Может быть, она все не так поняла.
– Но ты же все время твердишь, что мы не можем позволить себе и то, и это.
– Я не говорил ничего такого.
– Нет, говорил.
– Когда? Не я ли предлагал тебе не выходить на работу до тех пор, пока ты не будешь к ней готова?
Это правда – в данном вопросе Том вел себя безукоризненно, и в его словах не было намеков на финансовые трудности.
В груди у Кармен затеплилась надежда, появился едва заметный проблеск, но все же…
– Я никогда не ограничивал тебя в тратах, – продолжил он.
И это тоже было правдой. У них имелся общий счет на домашние расходы, и Кармен сейчас ничего на него не вносила, но без ограничений брала деньги на свои нужды – и не только на еду и домашнюю утварь. Но, в принципе, для себя она почти ничего не покупала.
Действительно, может, она видит все в искаженном свете?
– Что ты скажешь о прошлогоднем отпуске, когда нам пришлось поехать в Корнуолл?
– Я думал, тебе нравится это место.
– Да, конечно, но ты сказал…
– Я стараюсь избежать напрасных расходов, но это не означает, что у нас трудности. Если позволю тебе безудержно тратить, мы никогда не купим новый дом.
– Это нечестно, Том! Я никогда ничего не просила и не требовала.
Муж протянул руку и нежно прикоснулся к ее плечу.
– Я знаю.
– Но ты уходишь от ответа на главный вопрос, Том. Откуда, ради всего святого, у тебя такие бешеные деньги? Я не могла себе это даже представить.
– У меня их нет, я просто спьяну похвастался, что они у меня имеются.
– Так сколько у тебя есть?
– Не знаю точно, но, наверное, около двухсот тысяч.
У Кармен непроизвольно открылся рот.
– Что, у тебя на счету двести тысяч?
– Это не так много, Кармен.
– Ты шутишь.
– Но, согласись, этого мало для того, чтобы купить подходящий для нас дом? Однако, если я вложу деньги в офшор, то через пару лет у нас будут необходимые деньги.
Она пристально посмотрела ему в глаза.
– Я хочу, чтобы мы имели красивый дом и у нас в жизни все было хорошо.
Кармен внимательно наблюдала за ним. Том потянулся к ней, но в его позе не было ничего угрожающего, наоборот, он излучал неподдельную искренность. Значит, все хорошо? Наверное, муж, говоря, что у них отложено слишком мало денег, имел в виду совсем не то, что представляла себе Кармен.
Ей стало легче, и она взяла в руку вилку. Неужели все на самом деле наладится? Она просто ухватилась не за тот конец веревки? Кармен посмотрела на Тома – он ждал ее реакции на свои слова. Подозрения с новой силой вспыхнули в ее душе. Если все было так невинно и прозрачно, то почему он ничего про это не говорил?
– Мне кажется, это какая-то схема уклонения от налогов, – заметила она, – и именно поэтому ты ничего мне не сообщил.
– Да, но я собирался тебе сказать!
– Значит, все верно? Это схема уклонения от налогов?
– Ну, скажем, оптимизация налогов – для чего и существует практика офшорных инвестиций.
– Ты же знаешь, как я отношусь к таким вещам.
– Да, знаю, но, Кармен, признайся, что тебе нужно: купить красивый дом или переплатить несколько тысяч фунтов в дополнение к уже уплаченным налогам?
– Ты же знаешь, что я за добросовестную уплату налогов.
– Я тоже, и уже выплатил в виде налогов на доходы почти половину того, что заработал, но оставшееся принадлежит мне и тебе. Мы можем делать с этими деньгами все, что нам заблагорассудится. Нет ничего противозаконного, Кармен. Это совершенно легальная практика.
– Правда?
– Кармен, ты просто не знаешь, что творят другие. Я в сравнении с ними очень хороший парень, согласна?
Он говорил горячо и искренне, в этом Кармен была уверена на сто процентов. Конечно, она с удовольствием все это слушала, понимая, что Том заботится об их будущем.
– Но ты должен был мне все рассказать.
Он взял ее за руку:
– Прости меня, Кармен. Если бы я сейчас сумел вернуться в прошлые выходные, то, несомненно, все бы тебе поведал, но в тот вечер был еще пьянее тебя и забыл про это. Если бы я увидел письмо раньше тебя, то, прочитав его, все вспомнил и непременно поделился бы с тобой.