Когда Кармен немного успокоилась, Том спустился вниз, чтобы заварить чай. Кармен подняла жалюзи и открыла окно. День обещал быть жарким – с бледно-голубого неба светило добела раскаленное солнце. Она легла в треугольнике света, подставив солнечным лучам свой живот и спрятав голову в тень. Слезы и психическая разрядка успокоили ее, но это спокойствие нельзя было назвать естественным.
За чаем они поговорили. Конечно, про Ника Тому рассказала Мэл – она была более трезвой, чем показалось Кармен. По словам Тома, дочь, рассказывая об этом, не собиралась ни в чем ее обвинять и не хотела создавать проблемы, она просто проявила любопытство – ей было интересно узнать, что за друг у Кармен. И, наверное, это было правдой.
– И ты сразу заподозрил худшее? – спросила Кармен.
Он опустил голову.
– Почему ты сам не спросил меня об этом?
Муж пожал плечами:
– Наверное, я внутренне готовился к чему-то очень плохому.
– О чем ты говоришь?
Он помолчал.
– Знаешь, иногда у меня возникает ощущение, что нам с тобой не суждено нормально относиться друг к другу. Мне кажется, я не достоин тебя и не заслужил счастья, и поэтому все почему-то должно быть плохо.
Кармен задумчиво покачала головой:
– Том, о чем ты говоришь?
– Зена, Лора. Достаточно того, как я обошелся с Лорой и детьми. Когда Зена умерла, я решил, что это посланное мне свыше наказание, а в эти последние месяцы думал…
– Том, это уже суеверие.
Он пожал плечами.
Внезапно Кармен почувствовала раздражение – даже это он обратил в свою трагедию. Эгоист!
– Речь идет не только о тебе, – сказала она.
Том принялся рассматривать свои руки.
– Ты не хочешь знать, что я на самом деле чувствую?
– Все это неправда.
– Ты не можешь слышать правду, – произнес он, пародируя киношный диалог. – Ты не в состоянии ее слышать.
Том уехал на работу, а Кармен вернулась в свою квартиру. Она чувствовала себя совершенно разбитой, но думала: по крайней мере, все закончилось, самое худшее позади, и теперь они смогут жить дальше без скелетов в шкафах. Однако почему-то снова без видимой причины расплакалась, а из глубины души поднялась мутная волна горечи. Кармен сказала себе, что очень устала и ей надо лечь, но все на самом деле было хуже – было похоже на начало депрессии.
Кармен надеялась, что утром ей станет лучше, но все осталось по-прежнему. У нее совершенно не было сил, и она, почти не переставая, целый день плакала. Том изнасиловал ее, унизил, напугал.
Как может она жить с человеком, который так себя ведет? Он наказал ее, теперь Кармен это поняла. Она оделась, не заботясь о том, что может его разбудить и нарваться на скандал, но Том не проснулся.
Кармен спустилась вниз, вышла на улицу, села в машину и поехала куда глаза глядят до тех пор, пока не оказалась возле парка. Оставив машину на дороге, она пересекла лужайку и подошла к скамье. Августовская жара уже вступила в свои права, но розовый воздух пока хранил свою прохладу, в кронах деревьев пели птицы. Человек в светоотражающей куртке убирал в парке мусор. Он кивнул ей, опорожняя урну, стоящую рядом со скамейкой, в пластиковый мешок, потом поставил его на тележку и покатил к следующей урне.
Женщина, торговавшая в ларьке напротив, подъехала к нему на машине, открыла и поставила на прилавок лоток с выпечкой. Пока продавщица открывала ларек, Кармен подошла и спросила, можно ли что-нибудь купить навынос. Женщина сделала одолжение – приготовила ей капучино и отказалась взять деньги. Это была любезность, но Кармен расценила ее как дурной знак.
Ей требовалось с кем-нибудь поговорить. Она взяла стаканчик кофе, вернулась к машине, села за руль и поехала на север.
Глава 21
Лора работала в саду, когда Кармен подъехала на машине, и помахала ей рукой. Кармен заранее позвонила ей, сказав, что находится неподалеку и хочет заехать для короткого разговора. Лора была очень любезна и не отказала. Теперь все было не так, как во время происшествия с Мэл. Она пригласила Кармен в дом и заварила травяной чай.
– Думаю, ты теперь не пьешь кофе.
Том рассказал Лоре о беременности Кармен и сообщил жене, что Лора была обрадована этой новостью. Узнав, что Кармен не завтракала, хозяйка поставила на стол тарелку с сыром, хлебом и салатом.
– Слушай, не знаю, как ты к этому отнесешься, но, узнав о ваших делах, я тут кое-что собрала, – сказала Лора и положила перед Кармен пакет со старыми детскими игрушками и сумку с новенькими ползунками и распашонками, расписанными милыми зверюшками. – Я нашла все это в кладовке и решила отдать тебе, если ты, конечно, не брезгуешь подержанными вещами.