Пугать мирное население и дальше расхотелось абсолютно.
- Что б я, да еще раз, - мрачно выругалась девушка, устало откинувшись на сидение. - Придурки... Чуть не разбились!
- Это да, - вздохнула я, отпуская наконец-то несчастную приборную панель. В нее я вцепилась, как только этот Шумахер в юбке начала петлять на манер пьяного зайца, входя в повороты на запредельной скорости. - Я больше с тобой никогда не поеду!
- Да ладно, - махнула рукой Катька и потерла нос, разбавляя белый грим на лице черными разводами с пальцев. - Меня если разозлить, я еще и не то устроить могу. А так езжу аккуратно.
- Да в курсе, - машинально поежилась я, вспоминая ночную гонку. - Ну да черт с ним. По домам?
- Я бы выпила, - устало вздохнула подруга, украдкой косясь на меня.
Ясно, намек понят... просто выспаться мне не светит. Не то, чтобы я была слишком против ее общества, да и сама выпить бы для успокоения расшатанных нервов не отказалась... Слишком уж резкой была перемена настроения, встряхнувшая как следует мой организм. Нет, пьяные придурки, конечно, не редкость в вечернее время, но эти же самые личности, в таком количестве, да еще и столь жаждущие общения - это уже гораздо серьезнее. Не хотелось думать, что было бы, если они нас все-таки догнали..
Ладно. Одну ночь я как-нибудь переживу, да и диван в зале незваную гостью - тоже.
Раздобыв в родимом киоске вожделенную бутылкой виски и огромный пузырь кока-колы, не смотря на запрет "любимого" законодательства о времени продажи алкоголя, навострили лыжи ко мне домой. И тут уже в подъезде произошла заминка: ключи никак не хотели находиться, надежно затерявшись в глубине сумки.
Я вдохновенно матюгалась сквозь зубы, Катька нервно оглядывалась назад, облезлая кошка, сидящая возле мусоропровода, с любопытством за нами наблюдала. Я дико торопилась попасть в нутро единственной, а потому и дико любимой квартиры, и даже сумела нащупать на самом дне сумочки холодный металл ключей, когда за спиной раздался душераздирающий, жуткий скрип открываемой двери.
Эдакий внеплановый залет всенародно нелюбимой птички "обломинго"… Заказывали?
- Ага! - противно прокаркали сзади, - Вот и попались, голубчики!
Переглянувшись, мы с подругой украдкой вздохнули, попутно вспоминая все былые прегрешения. Впрочем, нам и без того сейчас их перечислят, во алфавитном порядке, со всеми подробностями. А так же все, что было, чего не было, и что обязательно еще будет!
Местный блюститель нравственности, обитающий в нашем подъезде, по закону подлости на моей лестничной площадке, в лице единственной и неповторимой, уважаемой (интересно только, кем) пенсионерки бабы Клава, стоял на страже всегда. Даже ночью.
Услышать в сотый раз за неделю о падении нравов среди современной молодежи мне не улыбалось. Катюхе, которая уже давно была записана в личные враги ворчливой бабули, получить еще раз старым грязным веником поперек спины - тоже. Надо было срочно ретироваться с места преступления, но вредные ключи, услышав старый голос местной сплетницы нырнули в самые недра маленькой сумочки и затерялись там на веки вечные. Вот же, блин!
Неожиданно Катерина, интересная бледность которой проступила, кажется, сквозь грим, как-то странно и жутковато улыбнулась, посмотрев на меня. Я едва не стукнула себя по лбу.
Конечно же! Кого сейчас нам бояться-то?
Тем временем бодрая бабулька, от которой хором страдали все жители нашего подъезда, добралась до стандартной фразы, что при товарище Ленине такого не было, параллельно нашаривая стоптанные тапки за порогом собственной квартиры. А мы… мы развернулись, улыбаясь, словно любимые внуки наконец-то приехавшие на деревню к своей обожаемой бабушке и просто ужас как по ней соскучились!
Бабушке в лице тети Клавы, внеплановый приезд "родственников" пришелся не по душе. Старый беззубый рот распахнулся, а белесые брови попытались слиться с волосами, спрятанными по старую, линялую косынку неопределенного зеленого цвета. Количество морщин на лбу несколько поубавилось, пигментные пятна на желтоватой коже побледнели вместе с ней, худые руки затряслись... Ой, как бы бабульку инфаркт не хватил!
- Помогите! Вомпэр! Помогите, люди добрые!
Не...
Я проследила за маленькой старушкой, которая, подхватив подол старой синей юбки, бодро ринулась вниз по лестнице, звучно шлепая пятками старых тапок по ступеням. Не прошло и секунды, как тетя Клава долбилась в двери этажом ниже и еще громче вопила: