Столь «умная» и пространственная речь предназначалась для Дуни, и она внимала ему с интересом, разглядывая его красивое мужественное лицо, широкие плечи, сильные руки, которые, когда – то обнимали ее горячо и страстно…
- Да, спасибо.
Вскоре собрание закончилось на радостной ноте, Влад клятвенно пообещал, что если его выберут депутатом, уж он то за колхозников горой будет стоять, всячески продвигая их интересы и так далее…
Народ разошелся, а колхозное начальство и депутат со свитой отправились в столовую на банкет.
Выпили, закусили, политические вопросы обсудили, военную обстановку в Чечне обрисовали, пришло время и про баб вспомнить, выпили – то изрядно. Главный агроном колхоза Владу хорошо знаком, поэтому у него он и спросил невзначай как бы.
- А кто эта Евдокия, вопрос задавала, симпатичная деваха.
- Бухгалтер. Только на нее лучше даже не смотреть, муж у нее зверь – ревнивец. Чуть мужика у нас одного не убил в припадке ревности – заявил агроном.
- А что, повод был?
- Ну какой повод! Решил, что ребенка она нагуляла, и пошел Синюху убивать. Еле растащили, спасли мужика.
- Ну, может, и правда гуляла она с Синюхой? – предположил Влад.
- Ой, да не смеши, ты бы его видел – Синюха – главный алкаш нашего села, пьет все, что горит. Поэтому морда у него фиолетовая. Кто с ним гулять – то станет, тем более Евдокия… Просто ребеночек у нее родился неудачного синего цвета. Вот Гришка, как его увидел у роддома, сказал, это не мой ребенок, отдай его обратно, верни туда, где взяла. А как она его вернет туда? Обратно ведь не засунешь – захохотал агроном – ну а Гришка поехал Синюху бить, больно уж мальчонка на этого алкаша смахивал. Но потом сошла синева с пацаненка. Такой парнишка смышленый растет, песни поет, частушки матерные. Прям артист… Давай, Влад, выпьем. За детей! – предложил агроном, а Владу что - то не по себе стало, подумал: «Интересно, сколько ее сыну лет? Уж не мой ли ребенок? Артистические способности откуда? И с чего это она мне такую пощечину залепила?» Но спрашивать о возрасте ребенка не стал, а то подозрительно будет выглядеть. Разговор перешел в другое русло…
7. Женское счастье бабы Вали
Как быстро мчатся дни, недели, месяцы и годы, вот уж и тридцатник стукнул по голове. «Жизнь -то проходит…» - вздохнула Дуня… Снова наступило лето. Влад Листопад уже второй год, как депутат. Дом большой построил, чтобы всем места хватило: им с женой, гостям, как кто приедет, дети подрастают. Умные дети, воспитанные, хорошо, когда мама – педагог. Егорке шесть лет скоро исполнится, а Уле – четыре… Влад нет, нет да вспомнит о Дуне, все интересно, от кого же нее ребенок, а вдруг та ночь не прошла даром? Но поехать в Расторгуево к Дуне, или еще раз расспрашивать про нее в деревне – это уж совсем подозрительно.
Но в один прекрасный вечер, уже в конце рабочего дня, в кабинет вошла она, Дуня, с прической, накрашенная, красиво одетая, скромно поздоровалась и документы подала на подпись, а сама мнется, что - то сказать хочет, а у Влада тоже вопрос на языке вертится, не знает с чего начать, спрашивает:
- Как дела, Дуняша, как жизнь молодая?
Сам на бланках расписывается, даже не смотрит, что там (да какая, блин, разница, чисто бюрократия). Дуня отвечает:
- Все хорошо, замечательно…
- Как семья, как дети?.. У тебя один ребенок? Сын?
- Да, один сын… Лёня.
- Сколько лет парню?
- Шесть – отвечает Дуня, Влад смотрит на нее в упор, чем смущает ее очень.
- Шесть? А когда родился? Он, случайно, не от меня?
Дуня сначала смотрит на него удивленно, глаза большие стали, потом она рассмеялась:
- Ну, Владислав Иванович, Вы и сказанули! От мужа у меня ребенок! Не волнуйтесь. А родился он в один день с Вашим сыном, я тогда еще еле дождалась, пока Ваша женушка разрешится, чтобы меня, наконец, приняли.
- Вот как? – удивился Влад, сразу, как то легче стало на душе, а Дуня продолжила:
- Да я еще и кормила Вашего мальчика, у Ангелины – то в прыщах молока не было, а у меня на двоих хватало – похвасталась Дуня и тут же покраснела, заметив с каким интересом Влад на ее грудь смотрит. «Ну еще бы, дома - то не на что посмотреть».
- Влад, мне, конечно, неудобно, но я на автобус опоздала… ты, случайно, не на машине – произнесла она, вдруг перейдя на «ты», принимая от него подписанные документы – может, подбросишь, если…
Она не договорила, потому что он уже приблизился к ней вплотную и обнял за плечи, прошептал на ухо: