- Запоздалое признание собственной глупости. Вот деньги на мелкие расходы, - он протянул ей кошелёк. - Думайте о Гланере Ашерине, вспомните о том, что гоэта, а не кисейная барышня.
- А гоэтам не позволены слабости? Я же женщина...
- С таким подходом в вашей профессии не преуспеешь. А вы скопили на дом, прислугу, завели счёт в банке... Ничего, после окончания судебного процесса отдохнёте. Так и быть, лицензию вам продлят без личного присутствия. Я понимаю, у вас нервы, Эллина, но сделайте над собой усилие. Какое оружие с собой возьмёте?
- Флиссу. Я привыкла к флиссе. И кинжалу. Но если это сложно достать.
- Никаких сложностей. Заберёте возле двери через час. Больше ничего не требуется?
Гоэта отрицательно покачала головой и вздохнула.
- Эллина, ведите себя достойно! Да, не увеселительная прогулка, но и не костёр. Вы выглядите, как после жёсткого допроса. Наверняка уже с жизнью попрощались, завещание составили. Похвально!
В его голосе сквозило жестокое ехидство, заставившее гоэту унять захлестнувшие эмоции. Помогло от нервов лучше пощёчины.
- Не беспокойтесь, я сделаю всё, как нужно. Вы правы, я распустилась, позволила себе утонуть в слабости. Забыла спросить: во время задания я буду предоставлена сама себе, или мне, в зависимости от ситуации, будут даваться указания?
- Второе. В письменной форме. Письма сжигать сразу по прочтении. Но постарайтесь рассчитывать на себя. Удачи, госпожа Тэр.
Брагоньер ушёл.
Через два с половиной часа, забрав из-под двери оружие, Эллина осторожно выскользнула в коридор. На плече покачивалась сумка с вещами, другая, с провизией, ожидала её на кухне.
Кутаясь в накидку поверх пальто (ночь была на редкость холодной, казалось, что идущий изо рта пар застынет и превратиться в серебряную россыпь на лице), гоэта пробралась в конюшню и без труда оседлала лошадь. Так же легко выбралась на улицу и поспешила к воротам, сжимая в руках заветную серебрушку. Со стороны должно было казаться, что она действительно сбежала, - Брагоньер не исключал возможности пристальной слежки за малейшими передвижениями гоэты. Хотя бы со стороны духов. Если в стенах особняка она была невозможна: мешали охранные руны, на которые соэр не поскупился, - то за его дверьми более чем вероятна.
Ругаясь, стража согласилась за взятку открыть ворота и выпустить гоэту из города. Она на мгновенье остановила лошадь, в сиянии светляка сориентировалась по карте, и устремилась на юго-восток.
Ночь была звёздная, холод подгонял.
Гоэте казалось, что повсюду бродят демонические твари, выглядывают из-за деревьев мьяги, а воскресшая Стеша окутывает пространство оранжевым сиянием. Страх медленно растекался по телу, заставлял то и дело проверить, на месте ли флисса. Бесполезная железка в споре с демоном, но нечисть убить может. Если повезёт. Справилась же она с Доновером, а ведь ситуация казалась безвыходной...
Хотелось обратно в тепло, к мягкому приглушённому свету, в особняк Брагоньера, где она чувствовала себя в безопасности. Но она должна была двигаться вперёд.
Лишь бы Гланер Ашерин не объявился за её спиной, не ждал за поворотом! Самый страшный её кошмар и совсем недавно - самый лучший друг. Неужели неудовлетворённое желание так сильно изменило его?
Эллина отогнала в сторону грустные мысли и сосредоточилась на дороге. Нужно ехать по ней часа три-четыре, потом сделать привал в какой-то деревушке, поспать до рассвета, и снова в путь. Путь, у которого нет конечной точки, потому что Брагоньер не сказал, где именно притаился Гланер, только обозначил направление и задал темп передвижения. Условный.
Гоэта потрогала медальон, помогавший магам отслеживать её местонахождение и в нужный момент задать правильные координаты портала, и пожалела, что не купила в храме никакого амулета.
Странно, она совсем не боялась разбойников, диких зверей - только тварей, избравших своим домом Тьму.
До деревни Эллина добралась усталой, измученной страхами и заунывным воем волков. Пару раз ей казалось, что вот там, в тех кустах, мелькают тени, пускала лошадь в галоп, но, к счастью, обошлось. То ли у разбойников не сезон, то ли им намекнули, что её трогать не стоит. Хотя, кто намекнёт - в темноте все едины, а обещанного сопровождающего гоэта не заметила.
Сняв комнату на пару часов, она, не раздеваясь, положив рядом накопитель и флиссу, так, чтобы легко схватить при необходимости, Эллина провалилась в сон.
Пробуждение далось тяжело, помог только желудёвый кофе, сваренный хозяйкой. Дрянь несусветная, но этим и помогает. Настоящий кофе в таких местах не держат - некому пить и дорого.
Не чувствуя вкуса, Эллина заглотала завтрак, снова забралась в седло и, памятуя о том, что скрывается, съехала с тракта на лесной просёлок. Хотя делать этого жутко не хотелось.
Дорогу занесло, гоэта продвигалась по ней со скоростью черепахи, радуясь тому, что её снабдили тёплой одеждой и достаточным количеством провизии. Но человеческого тепла по-прежнему не хватало.
Чтобы отвлечься и не думать о цели своего путешествия (она приманка, хищник и так найдёт её), Эллина занялась систематизацией знаний. За прошедший год она узнала кое-что новое, да и перед грядущим через три месяца лицензированием неплохо всё повторить. Хоть Брагоньер и намекнул, что лицензию ей продлят, гоэта не собиралась надеяться на его милость. Да и с практической стороны полезно: если хочешь когда-либо поступить в университет, умей ставить качественную защиту без бумажки и заводи тёплые отношения с духами. И поисковый арсенал нужно усовершенствовать, чтобы точнее местоположение указывал. Вот на ближайшей полянке, кстати, и начертим круг, узнаем, где сейчас Гланер Ашерин. Ей не запрещали, а что не запрещено, то разрешено.
Руны вспоминались плохо, контур не замыкался, только напрасно отморозила пальцы.
Теперь гоэта практически ненавидела соэра, погнавшего её в лес. Ему-то хорошо, он сейчас в тепле, ему снег за шиворот не падает!
Эллину клонило в сон, но спать она боялась.
Глаза пристально всматривались в просветы между деревьев.
Услышав человеческие голоса, гоэта свернула в ельник. Раз уж она играет беглую, то должна путать следы.
Пережидая, пока проедет возок лесорубов, Эллина заприметила пару полезных в хозяйстве вещей, спешилась и, привязав лошадь, полезла на дерево за птичьим гнездом. Там могла сохраниться скорлупа, а скорлупа диких пернатых намного ценнее куриной.
Мужской наряд не стеснял движений, а лазать она с детства умела, так что уже через пару минут оказалась на нужной ветке.
Гнездо не оправдало надежд - всего пара жалких скорлупок, зато отсюда можно было без труда обозреть окрестности.
Эллина отыскала взглядом деревеньку в полумиле отсюда, на тракте, убедилась, что лес будет тянуться ещё долго, разглядела лесорубов.
Зимний лес прозрачен, листва не загораживает обзор, видны малейшие детали. Например, такой же одинокий всадник, как гоэта, едущий по просёлку. Не доехал до неё, остановился. Ждёт.
Сердце кольнуло, потом Эллина вспомнила, что за ней должны следить. Наверное, это тот самый человек. Не Гланер же! Или Гланер? Вдруг это он ждёт, пока она слезет?
Гоэта сжала медальон на шее, гадая, где сейчас маги. В любом случае, гораздо дальше, чем этот незнакомец.
Морозец прихватил щёки и пальцы, пришлось слезать. Очень осторожно, чтобы не поскользнуться на припорошённой снегом коре, не сорваться вниз.
Она должна знать, кто за ней следит. Значит, нужно его подкараулить.
Эллина тронула поводья и углубилась в ельник.
Лошадь ступала тяжело, по брюхо увязая в снегу.
Убедившись, что с просёлка её не видно, гоэта спешилась и, крадучись, по дуге, вернулась к дороге, стараясь не привлекать внимания. В конце пришлось ползти, практически захлёбываясь в снегу, зарываясь в него, словно лесной зверёк.