— Хуже! Я за столом с родителями!
— О… — в его голосе появилась ухмылка. — Значит, я должен представиться как «просто коллега»?
— Нет! Лучше перезвоните…
— Анна, с кем ты разговариваешь?! — мать наклонилась, пытаясь заглянуть под стол.
— С… с курьером! — голос Анны предательски дрогнул. — Он… э… перепутал адрес!
— Курьер? — Дмитрий рассмеялся в трубку. — О, мне нравится эта роль. Я уже представляю, как стучусь в твою дверь с пиццей и невинными глазами.
— Замолчите! — прошипела она.
— Что-то странный у тебя курьер, — прищурилась Лиза. — Он ещё и шутит?
— Да он… э… весёлый! — Анна вылезла из-под стола, держа телефон за спиной. — Мне нужно в туалет!
— С телефоном?! — мать вскинула руки.
— У меня… запор! Нужно отвлечься!
И, не дожидаясь возражений, Анна рванула в свою комнату, захлопнув дверь.
— Ну что, «курьер»? — прошипела она в трубку, прислонившись лбом к прохладному стеклу окна.
— Во-первых, «запор» — это гениально, — он рассмеялся. — Во-вторых, я звоню, потому что не могу дождаться нашей встречи.
Анна взглянула на икону над кроватью. Лик святой казался строгим, почти осуждающим.
— Я… я не уверена, что это хорошая идея…
— Почему?
— Потому что вы… потому что я… потому что… — она сжала телефон так сильно, что пальцы побелели.
— Потому что ты боишься, что я тебе понравлюсь?
— Нет! Вовсе не это.
— Тогда потому что я боюсь, что ты мне понравишься?
— Вы… вы невыносимы!
— Зато честны, — его голос стал мягче. — Анна, это просто ужин. Никаких обязательств. Если через час ты захочешь уйти, я просто вызову тебе такси. Обещаю.
Она молчала, глядя на своё отражение в окне.
— Ну что, скажешь «да»? Или мне придётся звонить снова, и тогда твои родители точно заподозрят, что «курьер» к тебе не равнодушен?
— Чёрт… — прошептала она.
— Уже прогресс! Вчера было «кощунство», сегодня — «чёрт». Завтра, глядишь, и матом начнёшь ругаться.
Анна фыркнула, но сердце её бешено колотилось.
— Ладно… только не в слишком людном месте.
— Значит, «да»?
— …да.
— Отлично. Завтра в семь. Я тебя встречу.
И прежде чем она успела передумать, он повесил трубку.
Всю ночь Анна ворочалась, прислушиваясь к скрипу старых половиц и тиканью часов в гостиной. Каждый раз, закрывая глаза, она видела его — то как он поправлял часы на запястье, то как его губы растягивались в улыбке, когда он дразнил её.
Утром, одеваясь, она дольше обычного крутилась перед зеркалом, нанося тушь так, чтобы ресницы казались длиннее, но не слишком броско. В метро она оглядывалась на каждую станции, надеясь увидеть его. Но его не было.
— Ну что, твой миллионер уже забыл про тебя? — подколола Маша, когда Анна вошла в офис.
— Да мы и не… — Анна хотела соврать, но в этот момент дверь распахнулась.
— Простите, что без предупреждения.
Это был он! Дмирий Соколов собственной персоной! В дорогом тёмно-синем костюме, с лёгкой небритостью и букетом пионов.
— Я решил, что раз уж ты боишься людных мест, мы начнём с малого. Обед в кафе через дорогу.
Офис замер. Десятки глаз уставились на Анну, и она почувствовала, как сгорает у всех на глазах.
— Я… я не могу просто так… — Анна покраснела.
— Можешь, — он протянул руку. — Или тебе нужен ещё один «запор» как предлог?
Коллеги захихикали.
— Ладно, ладно, идёмте! — Анна схватила его за рукав и потащила к выходу, лишь бы скрыться от десятков любопытных глаз.
— Так-то лучше, — усмехнулся он, когда они вышли.
— Вы… вы специально пришли, чтобы меня смутить?
— Нет. Я пришёл, потому что не мог дождаться вечера.
И в этот момент все её сомнения разом исчезли.
Глава 3
Глава 3
Кафе «Бель Эпок» встретило их мягким светом хрустальных люстр, отражающимся в позолоте старинных зеркал. Анна, нервно поправляя складки своего скромного синего платья, чувствовала себя неловко среди этой богемной роскоши. Её пальцы сами собой потянулись к нательному крестику, спрятанному под воротником, когда официант с безупречными манерами подал меню в кожаном переплёте.
Дмитрий же, напротив, выглядел здесь как рыба в воде. Его расслабленная поза, лёгкий кивок сомелье и привычный жест при выборе вина говорили о том, что такие места для него обыденность.
— Ты выглядишь потрясающе, — произнёс он, и его глаза скользнули по её скромному наряду с едва уловимой улыбкой. — Как будто сошла с полотен прерафаэлитов. Такая... неприкосновенная.
— Это комплимент? — Анна почувствовала, как по её щекам разливается тепло. — Или ты намекаешь, что я здесь лишняя?