— В воскресенье? — мать подняла бровь. — Ты что-то скрываешь, дочка.
— Нет, просто... это важный отчёт! К понедельнику! — Анна уже пятилась к переулку. — Я... я побежала!
Не дожидаясь ответа, она развернулась и почти побежала, чувствуя, как взгляды родителей жгут ей спину. За углом она прислонилась к холодной кирпичной стене, пытаясь перевести дыхание. Телефон снова завибрировал: «Неужели я так страшен, что ты бежишь от меня, как от дьявола?»
Анна быстро набрала ответ: «Ты не дьявол, но мои родители точно решат, что я продала душу, если увидят меня в этой машине».
Ответ пришёл мгновенно: «Ты не продаёшь душу, ты просто соглашаешься на свидание. Или ты действительно боишься меня?»
Анна закусила губу. Ещё одно сообщение: «Я всё ещё жду. Решайся, Анна. Жизнь слишком коротка, чтобы всегда слушаться родителей».
В этот момент Mercedes плавно подкатил к ней. Окно опустилось, и она увидела Дмитрия. Он сидел в тёмном костюме, без галстука, с той самой улыбкой, которая сводила её с ума.
— Ну что, — его голос звучал как тёплый мёд, — ты входишь в мою грешную колесницу или предпочитаешь остаться со своими ангелами?
Анна оглянулась — ни родителей, ни знакомых в поле зрения не было. Она глубоко вдохнула, почувствовав, как что-то внутри неё разрывается на части — долг и желание, страх и жажда свободы.
— Я... я не знаю...
— Знаешь, — Дмитрий открыл дверь. — Ты просто боишься признаться себе, что уже приняла решение.
И тогда Анна сделала шаг вперёд. Шаг, который отделял её от прежней жизни. Дверь закрылась с мягким щелчком, и мир за окном вдруг стал казаться таким далёким.
— Ну вот и всё, — Дмитрий улыбнулся, когда машина тронулась. — Ты официально стала грешницей. Чувствуешь, как крылья за спиной отваливаются?
— Перестань, — Анна закрыла лицо руками. — Я и так чувствую себя ужасно.
— Не надо. — К её удивлению, в его голосе прозвучала серьёзность. — Ты не предаёшь свою веру, Анна. Ты просто начинаешь жить для себя. В этом нет греха.
Она посмотрела на него, и вдруг поняла, что впервые за долгое время дышит полной грудью. Машина набирала скорость, увозя её прочь от церкви, от родителей, от всего, что было ей знакомо. И хотя чувство вины ещё шевелилось где-то глубоко внутри, его уже перекрывало что-то новое — щемящее, пугающее и невероятно живое.
— Куда мы едем? — спросила она, замечая, как городские улицы сменяются загородным шоссе.
— Прочь от всех, — Дмитрий улыбнулся, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, который и заставил её когда-то дать номер телефона незнакомцу из метро. — Просто прочь от всех, Анна. Хотя бы на один день.
Глава 6
Глава 6
Кинотеатр «Зодиак» оказался старинным, с высокими потолками, украшенными лепниной в виде звёзд и планет. Мягкие бархатные кресла, пахнущие пылью и ностальгией, скрипели при каждом движении. Анна устроилась в кресле, сжимая в руках стакан с попкорном, который Дмитрий настоял купить, несмотря на её возражения.
— Я не понимаю, зачем платить триста рублей за воздух и три кукурузинки, — прошептала она, когда свет в зале начал гаснуть.
— Это не просто попкорн, — так же тихо ответил он, и она чувствовала, как его губы почти касались её уха, отчего по спине Анны пробежали мурашки. — Это часть ритуала. Как причастие в твоей церкви, только вкуснее.
Анна фыркнула, но не стала спорить. На экране началась какая-то американская романтическая комедия — лёгкая, глуповатая, именно то, что нужно для первого свидания. Хотя можно ли это называть свиданием? Она до сих пор не была уверена.
— Главная героиня похожа на тебя, — вдруг заметил Дмитрий во время одного из особенно дурацких моментов. — Такая же упрямая и... невинная.
— Это комплимент? — Анна нахмурилась.
— Наблюдение, — он улыбнулся, и в полумраке зала его зубы блеснули белизной. — Я вот, например, совсем не похож на этого болвана. Я бы никогда не стал бегать за девушкой с гитарой под дождём.
— А что бы ты делал?
— Приказал бы шофёру подогнать машину и предложил бы тебе укрыться в ней. С коньяком и тёплым пледом.
Анна закатила глаза, но уголки её губ предательски дрогнули. Фильм шёл своим чередом, но она почти не следила за сюжетом. Куда интереснее было наблюдать, как свет экрана играет на профиле Дмитрия, как его длинные пальцы время от времени тянутся к её стакану с попкорном, как он смеётся, очень тихо, сдержанно, но искренне.
Когда фильм закончился, и они вышли на улицу, где уже спускались сумерки, Анна вдруг осознала, что провела с ним уже почти целый день. Как странно, но она не чувствовала ни капли усталости. Напротив, в груди было странное, лёгкое чувство, как будто она выпила шампанского.