Я его открыл и раскрыл единственное письмо, находившееся там.
«Поздравляем с приобретением учетной записи! Нажмите, чтобы увидеть возможности оптимизации…»
Я нажал, и письмо внезапно удлинилось. Было много разных возможностей, прописанных на нем:
«Изменить аватар; Поменять пароль; Двухфакторная аутентификация; Поддержка» …И многое, многое другое.
Я все же вернулся к Горглу, и решил написать случайному пользователю, который был передо мной. А выбирал я из огромной кучи почтовых отделений, вероятно, для каждого человека. Я спросил Горгла, но уже устно без клавиатуры, как написать другому пользователю на почту. Он меня почему-то не услышал, и я написал свой вопрос на клавиатуре, и, наконец, получил ответ.
Вернувшись, я выбрал почтовый домик с красивым портретом на нем: на нем изображался красивый японец, которому принадлежал домик. Похоже, это был аватар его учетной записи. Я написал письмо, где просил его объяснить, как устроено место, куда я попал — интернет, и положил в почтовый ящик. Но внезапно реальность сотряслась, все стало глючным. Я не понимал, что происходит, Я оказался в своем почтовом отделении, и передо мной из странных помех появилась странно выглядящая девушка: с кошачьими ушами, со знаком опасности вместо глаза, и очень странным видом. Она заговорила со мной на непонятном языке.
— こんにちは、どれくらいここにいますか？
— Извините, я не понимаю, — признался виновато я.
— О, я сказала: «Привет, ты тут давно?» Хе-хе-хе, приветик, мой цветик. Когда ты тут оказался?
— Эм… Ну… Сегодня?
— Сегодня? О, значит я правильно до-до-догадывалась, Юзер. Меня называют Чину, хотя я не связана с тем, с чем мое имя созвучно-о-о-о, хе-хе.
Я удивился от того, как она повторяла некоторые слоги, при этом немного вздрагивая.
— Что с тобой? — спросил я удивленно.
— О, ты имеешь в виду мои помехи? Просто глючу, я ведь…
И тут передо мной появился врач в белом халате с письмом в руке, он взял Чину за шкирку, хоть она была гуманоидного телосложения.
— Здравствуйте, я антивирус компании Горгл. Пока вы писали письмо пользователю yamaguti34291, вы были заражены вирусом японских компьютеров…
— О-о-о-о-отпусти, докторишка вре-е-е-е-едный! Бакааааааа! Я; $№»*; %!
Пока Чину сильно глючила и дергалась в руках врача, я немного отступился в страхе и непонимании. Ситуация была неожиданной и напряженной. Врач продолжал:
— Вирусом Иншицуна. Сейчас она отправится в карантин как опасный вирус, который не дает вам писать письма своим знакомым.
Мы оказались в развитом крупном городе. Я стоял перед машиной скорой помощи, рядом с которой стоял тот самый врач, который ее готовился пихнуть в машину.
Чину все так же барахлило, и пространство около нее искажалось. Я видел странные помехи-галлюцинации, когда смотрел на нее. Ее речь была полностью неразберимой и состояла из самых разных звуков: от гудка машины до крякания утки.
— Мы заботимся о вашей безопасности, — сказал врач напоследок, вот-вот готовясь запихнуть Чину в машину. Но с моих губ сорвалось:
— Стойте! Не нужно никого на карантин!
Другие врачи, которые стояли и наблюдали за процессом, удивились такому решению. Тот, кто держал Чину, приостановился, а сама глючная кошка обратила взгляд на меня из-за доктора.
— Я требую остановиться. Иншицуна — просто обычная… эм…
Я долго думал, и, наконец, сказал:
— Она… обычное приложение, она ничего мне плохого не сделала, и я спокойно написал письмо, которое хотел. Ясно? Так что сейчас же ее отпустите.
Врачи занегодовали, но все же отпустили бедную кошку.
— Ваше письмо оказалось заражено, и вы бы смогли его доставить тому пользователю только после того, как мы бы избавились от этой угрозы. Если вы не хотите избавляться от вредоносного приложения, то ваше письмо будет удалено.
Я опустил голову и задумался. Мне очень хотелось узнать про место, в котором я очутился, и, связавшись с тем пользователем, которому я написал письмо, я бы, возможно, нашел ответ на вопросы, которые меня интересовали. Но мне также не хотелось и жертвовать той кошкой: она совершенно не желала мне зла и хотела просто познакомиться.
Пока я стоял в глубоких раздумьях, врач, державший глючную кошку, вновь готовился ее пихнуть в машину. Когда я наконец поднял голову, кошка мне подмигнула, перед тем как ее бы наконец посадили в карантинное отеделение. И я, решившись, заговорил: