– Кто это?
Видимо, он вчера решил, что вместе с Дрейком были обыкновенные люди (мало ли на свете бородатых воинов). Скуза тоже можно было принять в полумраке за низкорослого человечка. А вот теперь, в сиянии огней Кланхолла Бенету открылся истинный Подземный Мир. Для сознания деревенского увальня это было уже слишком. Дрейк очень надеялся на благотворное действие сытного обеда и с утра потащил Бенета в трапезную. Но тот ел мало и только затравленно озирался, глядя на сидящих вокруг и налегающих на еду гномов. Гномы смеялись, говорили о чем-то своем, пили вино и не обращали никакого внимания на неуклюжего пришельца, но Бенет все равно чувствовал себя очень неуютно.
Потом они сидели в укромном уголке, и Дрейк выспрашивал у Бенета о его жизни на поверхности. Бенет рассказал, что его забрали в солдаты слуги Маркара, и ему пришлось жить в казарме в замке Хардинель. Рассказы Бенета подтвердили то, о чем уже догадывался Дрейк. Маркар копил силы и собирался начать в ближайшее время военные действия. Против кого? Ясно, что против одного из своих соседей. Самые дальновидные из крестьян бросали хозяйство и уезжали с семьями куда-нибудь подальше. Имущество, которое оставалось после них, поступало в казну Маркара. Оставшихся он облагал тягостными податями.
И вот сегодня жители Хардинии проснутся и обнаружат, что их господин исчез. Хватит ли у них ума выбрать себе такого князя, который не будет разорять их и мешать им жить? Это уже зависело от них. Гномы Торина сделали все что могли, большего для жителей поверхности они сделать не в силах. Каждый народ должен сам решать свою судьбу.
Суд над Маркаром было решено проводить в Кланхолле.
Один из самых больших залов Кланхолла, назначенный для этой цели, был заставлен скамьями. Вдоль стен горели ряды факелов. Зрителей собралось много. Было странно видеть, как рядом сидели люди, гномы, фэйри, эльфы, шарги. Существа разных рас поглядывали друг на друга, но разговаривать предпочитали, в основном, со своими соплеменниками.
Когда ввели князя, почти никто не обратил внимания на него, потому что его никто не знал. Его усадили на специально отведенное место, а рядом встала охрана из гномов. Маркар был мрачен. Но он с удивлением поглядывал вокруг. Мир подземных жителей был для него любопытен.
Для судей было устроено возвышение. Там сидели: Аэнни, Икариус, Вахука, Торин, Дзестус. Да-да, троггский шаман тоже изъявил желание принять участие в суде, и ему предоставили такую возможность. В середине, на месте главного судьи сидела Аэнни. Она и начала заседание.
– Подсудимый, встань, – сказала она.
Князь нахмурился, но медленно, словно нехотя, встал.
– Назови свое имя.
– Князь Маркар, владетель Хардинии и Синтерии.
– Народ эльфов обвиняет тебя в развязывании войны.
– Я не признаю ваше судилище, – мрачно ответил князь. – Кто вы такие, чтобы судить меня?
– Мы, народы подземного мира, – сказала Аэнни.
– Я-то живу в надземном мире, – заносчиво сказал князь.
– Вот поэтому мы и собрались здесь, – заметила Аэнни. Ее голос звучал спокойно и ровно. – Мы хотим предъявить тебе наши претензии.
– Что у вас за суд! – воскликнул Маркар. – По закону обвиняемому полагается защитник.
– Здесь другие законы, Маркар, – подал голос со своего места Икариус. – Никто не взялся защищать тебя, поэтому тебе придется делать это самому.
– Ничего другого я и не ожидал, – буркнул Маркар.
– Тем лучше.
На это Маркар ничего не ответил.
– Будет говорить король Торин, – сказала Аэнни.
Торин встал.
– Маркар захватил в плен и убил моих подданных, – сказал он. – Что ты можешь сказать в свое оправдание, Маркар?
– Они пришли на мою землю как лазутчики, – злобно ответил Маркар.
– В отряде Нори были также эльфы, – заметила Аэнни.
Торин продолжал:
По всей Хардинии мастерские производят оружие. А грязные воды сливают в колодцы. Все думают только о своей выгоде и отравляют нечистотами подземные воды. Я считаю, что Маркар ответственен за это. Что ты, Маркар, можешь сказать в свое оправдание?
– Я очень устал. Жизнь правителя трудна. А ведь мне никто не помогает, я все делаю сам.
– Ты управляешь большим княжеством, но сам придумываешь законы для своих подданных. И законы эли далеко не всегда справедливы.