Визг тормозов, резкий сильный удар. Их машину чуть развернуло боком, отчего она полетела дальше, несколько раз перевернувшись. Но этого Агата уже не помнила. Очнулась она уже от сильной боли в руке и ноге. Голову от смертоносного удара смягчила вовремя сработанная подушка безопасности. Но вот дверь раскорёжило так, что её часть рассекла внешнюю сторону правого бедра Агаты от колена и вверх до таза. А левая рука похоже, что была сломана, так как шевелить ей Агата не могла.
- М-м-м… - промычала она от боли. Слёзы текли сами по себе, - Стас. Ты как? – прохрипела она. Но в ответ стояла тишина.
- Стас! Стас?!
Пересиливая боль, Агата повернулась, чтобы проверить как он.
Эта картина отпечаталась в её воспоминаниях на всю жизнь. Окровавленное лицо и неживой взгляд в никуда. В груди у Агаты всё сдавило от нахлынувшей душевной боли. Но она всё равно не верила. Она не могла поверить, что её Стаса больше нет.
Крик и рёв её стояли до самого приезда скорой. Она уже не чувствовала боли ни в руке, ни в ноге. Она трясла его и трясла, надеясь, что Стас ей всё-таки ответит. Скажет ей как обычно: «Кисуля, любимая моя, всё будет хорошо!». Но Стас не отвечал. Всё также молча смотрел в пустоту.
Люди, остановившиеся для помощи, пытались её вытащить из машины, но Агата крепко вцепилась в Стаса, не желая отпускать. Она просто не могла этого сделать.
У них было столько планов, столько мыслей, столько любви! И в один миг всё закончилось. Его не стало. Не стало больше и Агаты. Той самой счастливой девушки с самой милой улыбкой и самым влюблённым взглядом на своего мужа. На этом моменте её прежняя жизнь перечеркнулось жирной чертой.
Спустя неизвестно сколько времени, ведь для Агаты часы остановились еще в момент удара, от боли, шока и усталости, её сознание отключилось. В этот момент медработники уже как раз направлялись к их машине.
Очнулась Агата уже в больнице.
Вернулось сознание, а с ним и воспоминания. Слёзы и боль с новой силой накинулись на неё. Агата заходилась в дикой истерике. Успокоить её мог только укол сильного успокоительного, после которого она проваливалась в пустоту. А когда его действие заканчивалось, она снова просыпалась и всё продолжалось по кругу: пробуждение, истерика, укол, пустота.
Только спустя 4 дня этот круг разомкнулся. Она даже больше не плакала. Но её взгляд стал пустой и безжизненный. Весь день она лежала и молча смотрела в никуда. Молчала и ни на кого не реагировала. Даже на родителей.
В голове её пока еще была пустота. Агата не могла ни о чём думать. Пустота, темнота, боль стали её верными спутниками на несколько следующих месяцев.
Глава 3.
2 года спустя...
Агата вернулась домой. Привычным ритмом уже для неё стало работать с 9 утра и до поздней ночи. Ей не нужно было время на личную жизнь, потому что она не хотела этого. Только погружение в работу позволяло ей не забивать голову лишними мыслями. Год психотерапии с её психологом Еленой Дмитриевной и курс специальных таблеток - и вот, наконец, уже полгода как она спит спокойно. Ведь каждую ночь Агату мучил один и тот же кошмар: она снова и снова переживала ту аварию. Загруженность работой и занятия какими-то хобби — это один из советов психолога. Если днем она себя будет выматывать, то ночью маловероятно, что она увидит какой-то сон.
Домом для Агаты сейчас служила съёмная квартира практически в центре Москвы, на аренду которой у неё уходила почти половина заработка. Оставаться в своём родном городе она просто не могла. Всё вокруг навевало воспоминания о Стасе. А сочувствующие взгляды и перешёптывания за спиной уже порядком надоели Агате. Весь город был в курсе подробностей этого несчастного происшествия, так как о нем писали во всех местных газетах и новостных сайтах на просторах интернета.
Агата сварила себе кофе и удобно устроилась в кресле на балконе. Так заканчивался её каждый рабочий день: балкон с видом на ночную Москву, кофе и электронная сигарета.
Вечерний покой вдруг прервал звонок её смартфона. Взглянув на экран, она очень удивилась, что звонит директор концерт-холла, где Агата подрабатывала помощником организатора. Обычно она общалась только с организатором Светланой, а сам директор ей никогда не звонил.