Только спустя полвека барон вспомнил историю настоятеля деревенской церкви с таинственным кладом катаров. К тому времени он коллекционировал недвижимость, как другие собирают марки. Предпочитал скупать старинные замки. В годы Второй мировой войны шато во Франции можно было приобрести почти задаром. Неожиданно в списке покупок обнаружил средневековое владение совсем рядом с Рен-ле-Шато. Романтическое строение было реконструировано в отель, но прибыль оказалась мизерной. Слишком глухое место, туристов мало.
Для процветания бизнес-проекта необходимо было нагнать побольше путешественников. Пустяковая задача для тех, кто разбирается в рекламе. Несколько спонсируемых бароном писателей создали увлекательные романы о загадке Беранже Соньера. Был снят фильм, ставший культовым. К концу 20-го века место стало одним из самых популярных во Франции.
Вы думаете, что коммерческий успех приходит случайно? Любая случайность тщательно готовится. И ниточки, дёргающие участников этой подготовки, уходят в неизмеримую высь. За пределы нашего мира.
Глава 7
В которой мы вновь возвращаемся в осень 2013 года и происходят ужасные события
День был на удивление серым. Время лентяйничало и тянуло каждую секунду, будто оперный певец ноту.
После не самой удачной поездки на Крит барон был тих и невесел.
Погода испортилась и казалась по-настоящему отвратительной. В старые добрые времена такого не случалось. Дождь был умерен. Ветер тактичен. Даже зимние холода аккуратно стучались в дверь, подобно скромным свидетели Иеговы, а не врывались безумным стадом буйволов.
Ненастье хозяйничало с утра. Хулиганской компанией налетали шквальные порывы, оклеивали дорожки осенними листьями. Перепуганные деревья молились и кланялись почти до земли. Кто-то в облаках залихватски свистел, распугивая попрятавшихся птиц. Наконец опрокинул на мир тонны холодной воды, а потом неожиданно разогнал тучи и, довольный собой, затих.
Парк оказался до краев залит ледяным туманом, сосны ёжились мокрыми колючками. Белки отменили прогулки – хороший мех потом не просушишь. Мошки и прочие комарики от вынужденной неподвижности под мокрыми листочками начали выходить из себя. Чтобы не совершить что-то ужасное, они ушли в медитативный транс и тихонько распевали унылые мантры. Отчего в воздухе звучала тяжёлая монотонная нота. Падающие с деревьев капли создавали для неё ритм.
В такое время логично сидеть в кресле рабочего кабинета и на огромном экране наблюдать за красивой девушкой. Это было легко сделать, поскольку швейцарская клиника, где находилась София, имела множество камер на территории комплекса и на набережной Женевского озера. Скрытые объективы с ленивым любопытством следили за всем, что попадало в поле зрения.
Одно из изображений на плазме вдруг игриво мигнуло. Картинка увеличилась, наводя фокус на Софию, которая как раз снимала халатик. Под ним была только девушка в своём первозданном виде. Она не стала принимать воспетые журналами для мужчин позы, а почти мгновенно натянула трусики и принялась поспешно одеваться. Только женщины умеют проделывать такие фокусы. Джинсы, кофточка, теплая куртка. На мгновение остановилась перед зеркалом, взбила копну рыжих волос и вышла из комнаты.
Жизнь – это сплошное подглядывание. Всех за всем. Естественно, среди этой многомиллиардной массы вуайеристов есть профессионалы и любители.
Есть специально обученные люди, назначенные на роль тех, за кем подглядывают: актёры, спортсмены, музыканты, политики.
И существуют профессиональные наблюдатели: спецслужбы, медики, социальные работники. Возьмем астрономов. Тёмными ночами они фотографируют объекты своего интереса с помощью специальных оптических устройств, бережно хранят фотоснимки, разглядывают, обмениваются с коллегами…
По сравнению с ними всё остальное человечество – восторженная популяция любителей, изучающих соседа в бинокль и социальные сети.
Барон считал себя профессионалом. Всю жизнь он следил за человечеством, как астроном за вселенной. Он давно определил свойства интересующих его людей, их индивидуальный свет, орбиту, силу притяжения и спутников.
Кто-то скажет, что подглядывать неприлично. Ничего подобного! Каждое государство и сам Господь шпионят за подданными в замочную скважину. А неприличным считают то, что там видят.
На экране София быстро шла к выходу, кивнула сотрудникам рецепции, прошла по садовой дорожке и оказалась на набережной. Анри переключил внимание на другие мониторы. Погода, в отличие от Франции, была вполне пристойной. Солнце удлинило тени, и вечер на мягких кошачьих лапах подбирался из-за сияющих альпийских вершин.