Стоянка упиралась в пляж, где неподвижно сидела пара замерзших туристов, укутанных в дождевики. Возможно, стоило проверить, живы ли они.
Виднелся выбеленный морем и ветром сарай, который, судя по вывеске, когда-то был рестораном. Песчаная дюна наползла на ступеньки и завалила входную дверь.
Ольга сглотнула слюну. Почему не перекусили в аэропорту? Барон не будет предупреждать просто так. Опасности лучше преодолевать на сытый желудок.
Огляделась вокруг. Тропа из белого песчаника, которой предстояло насладиться, уходила куда-то за горизонт.
Слева за грядой дюн грохотали волны. Море было совсем рядом. Справа простиралось бескрайнее болото, заросшее низкими кустами с мясистыми красноватыми ветками. Отчего вся пустошь казалась напитанной кровью. Из-под кустов на дорожку вылезали наплывы песка, заросшие колючей травой.
Лето предательски сбежало.
Появились тёмные тучи, похожие на неуклюжих толстяков, огромные животы которых свисали с небес и тряслись, раскачиваемые холодным резким ветром.
Ольга заметила, что в том же направлении шло еще несколько путников. Каждый из них был сам по себе, но, поскольку другой цели в конце дорожки не было, получалось, что все идут вместе.
Первые сто метров прошли благополучно, но вдруг она насторожилась. Показалось, что слышит многоголосый мужской хор. Песня была заунывной, монотонной и доносилась из глубины пустоши. Голоса вводили в оцепенение, высасывали силы, вселяли ужас. Им резонировала мрачная поверхность застоялой воды с неприятными растениями и наверняка странными обитателями. В этом пении было нечто демоническое, неестественное и одновременно возвышенное. Будто в пустой церкви пела псалом группа бесов.
– Слышишь? – спросила приятеля.
– Ты о чём?
– Мужики в болотах поют.
– Нет. Просто мошки жужжат. Да море шумит.
Ольга остановилась. Она привыкла доверять ощущениям. Что-то было не так. А ведь «дедушка» предупредил. На Кипре недруги лишь показали свои намерения. Это были цветочки. Сейчас начнутся ягодки. Многим во Вселенной не нравятся действия барона. Грохнули бы Анри – и дело с концом. Так нет. Скорее всего, грубо прикончат нас, а его лишь пожурят да выдворят с почётом на персональную пенсию в рай.
– Оля, ты чего встала?
– Подожди. Мне здесь не нравится.
– Мне тоже. Поехали домой.
– Тихо.
Показалось, что людей на дорожке стало меньше. Зря не посчитала сразу. Так, далеко впереди идёт парень, потом еще три пары, мы, а сзади тащится тип с рыжей собакой. Стоп, а где передний?
– Андрей! Ложись! – приказала громким шёпотом.
– С ума сошла? Бомбёжка!
– Хуже.
Толстенький Андрей рухнул к подножию дюны.
Ольга быстро присыпала его песком, сама легла рядом:
– Замри и считай до ста про себя.
Они лежали, тесно прижавшись. Перед глазами одинокий муравей полз по песку на разведку через линию фронта. Дело к зиме, и дюна заметно полысела, осталась лишь редкая поросль осоки. Время застыло беременной черепахой, застрявшей в клею.
Пение то усиливалось, то ослабевало. Будто хор бродил взад и вперёд, разыскивая слушателей.
– Сосчитал, – прошептал Андрей.
– Ещё разок и медленнее.
Ольга прислушивалась к своим ощущениям. Вроде тихо. Пение пропало. Вместе с ним исчезло и чувство опасности. Надолго ли?
– Песок попал в глаза. Можно вставать?
– Пожалуй.
Вроде бы всё было без изменений. Лишь людей на дороге поубавилось. Человека, шедшего впереди, не видно. Оставшиеся двигались дальше как ни в чём не бывало.
Лишь одна пожилая пара остановились. Мужчина что-то говорил даме, показывая пальцем вперёд. Они развернулась и пошли обратно, к парковке. Молодцы – наверное, выживут.
– Что это было? – Андрей тёр глаза кулаками, как ребёнок.
– Так. Показалось. Помолчи.
Она пропустила вперёд мужика с собакой, который с интересом наблюдал их манипуляции в песке. Наверное, решил, что любовная игра. Симпатичная псина подбежала, обнюхала Ольгу и помчалась к хозяину доложить о наблюдениях.
Ей было жалко пса. Пропадёт ни за грош.
– Эй! – крикнула им Ольга. – Будет дождь. Лучше возвращайтесь.
Мужик показал зонтик. Тупой козёл.
Люди уходили всё дальше и дальше. Вроде благополучно.
– Пошли. Место какое-то гиблое.
Впереди уцелевшие путники сбились в группу, как капельки ртути собираются в единый шарик.
Ольга с Андреем шли следом, настороженно, как дичь, которая знает, что рядом охотники. Она надела на скульптора один из своих амулетов, потом подумала и добавила бусы из серого камня. Тот не спорил – привык к необычности мира, в который попал. Пусть все спокойно гуляют вдоль моря, а мы валяемся в песке, замираем, слушаем несуществующий хор.