Поначалу она не поверила словам об «управлении миром». Даже если бы её работодатели командовали только десятком дрессированных котов, немыслимая зарплата устраивала.
Со временем ситуация начала проясняться.
– Теперь я – ведьма? – уточнила она у Вадима.
– Да – ответил тот. – Но не выпячивай этого. Будь как простые люди, посещай корпоративные вечеринки, напивайся, пляши голой, носи разноцветные бусы и заведи чёрного кота.
Ольга не завела кота. На первую зарплату она купила собаку, щенка с огромными каштановыми глазками и не по размеру большой плюшевой шкуркой. Затем приобрела виллу на острове в тропическом архипелаге.
Островитяне, нутром чующие суть, безошибочно определили, что там живёт злая колдунья. И даже не пытались проникнуть в дом и что-нибудь стащить. Возможно, причина такой законопослушности была и более прозаичной. Одним из её многочисленных любовников был начальник местной полиции, жизнерадостный шоколадный крепыш. Он учил русский язык и с восторгом коллекционировал фольклорные выражения вроде:
– бабки на стол;
– писать кипятком;
– лепить горбатого;
– провалиться по самое не балуй;
– вешать лапшу на уши;
– склеить ласты;
– намазать лоб зелёнкой;
– насыпать соли на хвост.
Говорили, что он применял русский на допросах, обещая «натянуть глаз на жопу». Самые закоренелые преступники немедленно сознавались во всём, включая убийство Авеля.
Ольге нравился страх окружающих. Ведьм следует бояться.
Усилием воли она научилась видеть иную реальность и могла движением ладони разрезать тонкие лучи, исходящие из человека. Лопнет пара – будет болезнь. Оборвешь больше – смерть. Могла поговорить с ядовитым пауком или змеёй и послать их куснуть жертву.
В изменённом состоянии она замечала, что всё вокруг меняется, как на экране, где ежесекундно «перезагружаются» миллионы цветных точек, создающие изображение. Даже застывший камень вибрировал от бешено скачущих атомов. К нему тянулись нити, похожие на подтёки желе – снизу сбоку, с неба. Вот к камню подошла собака, серебряные лучи окружали её голову, делая похожей на носатого и клыкастого святого. Псина окунулась в шевелящиеся протуберанцы камня, они соединились, проникли друг в друга, будто занялись сексом. Животное восхищённо повело мордой и подняло лапу.
Ольга подумала, что все частицы вселенной взаимодействуют друг с другом, невзирая на время и расстояние. Где-то заплакала кроха – Вселенная взгрустнула. Падающая звезда – слеза на щеке её.
Вдобавок, что-то странное происходило в собственном организме. Клетки её тела кто-то быстро перестраивал, царапины заживали почти мгновенно. Старые болезни исчезали. У специалистов она выяснила, что у всех людей происходит постоянное обновление организма. Гарантийная замена. Скажем, клетки печени меняются ежегодно, желудок – раз в пять дней, кожа – примерно за две недели. Быстрее всего процесс идёт у нейронов мозга. Даже кости полностью обновляют за десять лет. Однако у неё регенерация происходила в разы стремительнее. Организм поспешно молодел. Она преображалась, словно новорожденный младенец в фильме, прокрученном на ускоренной перемотке.
Ольга заметила, что колдовские способности удивительным образом росли с каждым днём. Волшебство открывалось неожиданно, без какой-либо системы. Хотя уже через несколько месяцев закономерность всё же заметила. Ей было проще убивать, чем лечить. Разрушать естественней, чем создавать. Исчезать легче, чем появляться.
Каждое мгновение непрерывно меняющаяся сущность, которую она считала Ольгой, странным образом взаимодействовала с непрерывно меняющимся мирозданием. Что при этом происходило? И с какой целью? Непонятно.
В каждой женщине живут принцесса и ведьма, ангел и дьявол, красавица и чудовище. Главное, кто из них возьмёт вверх.
С людьми стало скучно. Человечество – стадо баранов, которое считает пастуха Господом, а собаку – ангелом-хранителем. Боится волка, как чёрта, но не понимает, что стадо съест не зубастый хищник, а добрый пастух с собакой. Иисус приказал Петру: «Паси стадо моё». Вот и вся тайна бытия.
Однажды сами собой сложились стихи:
Эти странные слова, похожие на жуткое заклинание, несколько дней крутились в голове.
Чтобы не отвечать на тупые разговоры, приходилось молчать. Чужая в человечьей стае, она считала, что люди – надоедливо жужжащие мошки, норовящие куснуть и погибнуть от шлепка ладонью. Они заняты пустой суетой и муравьиными интересами, своей слабостью и пороками, которые любовно культивируют. Миллиарды бесконечно топчутся по житейскому лабиринту и кричат, что их гонят мистические силы. Ничего подобного. Кому они нужны? Их бьёт суровая реальность заготовки мясопродуктов на всевышнем пастбище.