– Теперь давай разберёмся с вирусом. Удалим, полечим или на карантин?
– Чего её лечить, злодейку, прости господи?
– Не торопись. Всякое дело обстоятельности требует. Кто? Какого роду-племени? Была ли судима? Родственники есть? С кем из ангелов работает? Или из демонов? Во всём надо разобраться.
Чистильщик вновь был в человеческом обличье и слабой трясущейся походкой подошёл к Ольге. Он внимательно оглядел её тело и, должно быть, заглянул в душу. Его глаза превратились в щелочки и блестели в глубине ущелья между бровями и скулами. Энергия струилась из далёкой полоски зрачка, будто холод от глубоко спрятанного горного ручья.
Потом мужчина попросил:
– Язык покажи.
– Температуру будете мерить? – схамила Ольга, которой было уже все равно. Неповиновение есть доказательство свободы. Что делать? Бес его знает…
Бес! На старушку влез. Стоп! Что-то мозги сегодня тупят. Почему бы нет? Монстры, которые живут у неё в душе, тоже из другого мира. Чтобы победить чудовище, надо быть чудовищем. Мои демоны смогут устроить здешним клоунам весёлую жизнь. Пусть защищают хозяйку. С волками жить – по-волчьи выть.
Ольга привычно взъярилась. Злая чёрная туча заслонила сердце. Молнии скакали между натянутыми нервами. Она открыла путь тому, что пряталось внутри: «Вылезайте!»
«Лады! Всё порешаем!» – донеслось из недр разума.
На свет божий появились семь созданий, один страшнее другого. Выглядели бесы люто: нечистая кабанья шкура, клыкастые свиные морды, копыта, крысиные хвосты. Старший вертел на пальце человеческий череп. Он вразвалку подошёл к чистильщику и произнес, нарочито растягивая слова:
– Чё за глюки?
Ольга удовлетворённо улыбнулась. Знай наших! Она приготовилась наблюдать за расправой. Но ссутуленный старичок, похоже, совсем не испугался. Он повернулся к хранительнице:
– Спой-ка нашу песню, голубушка.
Толстушка вдруг уперла руки в бока и объявила, будто конферансье на сцене:
– Ритуальный танец с бубном!
В странных словах почудилось что-то известное и совсем не из мира пляшущих шаманов. Память услужливо подсказала, именно это слышала от знакомого программиста. Колдуя над компьютером, он говорил: «Некоторые действия не имеют логического объяснения, но дают желаемый результат. Типичный ритуальный танец с бубном». После чего плюнул на клавиатуру, прошёлся по клавишам, трижды грязно выругался, напечатал что-то в командной строке и в завершение уселся задом наперёд. И всё заработало.
Чем они тут занимаются?
Хранительница объявила:
– Исполняют гуру и группа вуду-программ.
Немного постояла, высоко вздёрнув слепое лицо, словно ожидая аплодисментов. Не дождавшись, запела что-то ритмичное, хлопая в ладоши. Ольге показалось, что в туннеле появились многоголосое эхо и низкий звук барабана.
Чистильщик, кряхтя, присел на корточки и принялся снимать потёртые башмаки. Было впечатление, что он и вправду готовился сплясать что-то экзотическое. Закончив, пошевелил грязными жёлтыми пальцами и сурово поинтересовался:
– Пожизненную блокировку хотите?
К удивлению, бесы не бросились рвать в клочья старика, а выстроились в круг, топая и прихлопывая в ладоши. Самый крутой небрежно отбросил череп и опустился на пол напротив. Его тоже можно было признать босоногим, поскольку обуви на копытах не наблюдалось. Бомжеватый старик и косматый чёрт уставились друг на друга, покачиваясь из стороны в сторону в заданном ритме.
Свиная харя беса скорчилась в свирепой гримасе.
– Оскорблять решил? Унижать свойства? Ну так мы и на взлом пойдём.
– У вас сборка слабая. Серая, поди?
– Чёрная, – обиделся бес.
– Во-во. Прошивка ни к чёрту.
– Работает, мы не жалуемся. Не надо усложнять.
– Не висни, косматый. Шевели своими битыми файлами.
Старик-чистильщик проворно вскочил на ноги и одним прыжком закрутился в колесе. Бес повторил то же самое. Они сделали несколько переворотов в воздухе. Руки, ноги, копыта и лапы бешено мелькали. Но бойцы умело уклонялись от ударов. В первый момент поединок казался смешным: дряхлый пенсионер против адского силача. Но уже через несколько секунд стало понятно, что противники достойные.
Толстушка пела, постепенно входя в раж. Ольга очумело глядела на непонятное действие. Между тем чистильщик замер в стойке на руках. Лишь на миг его противник замешкался перед ним, как тощие ноги старика захлестнули шею могучего беса.
– Проверка критериев, – пропела толстушка.