Подбежал официант:
– Что желаете?
– Посоветуйте.
– Смотря что вы хотите… Выпить или поесть?
– Наверное, и то и другое.
– Тогда спагетти-вонголе с белым вином… Я сам подберу вино для прелестной сеньоры. Вы ощутите счастье.
– Ну что же, звучит заманчиво.
Официант не обманул. Блаженство пришло в конце первой бутылки. Ольга хотела заказать еще одну. Но тарелка со спагетти, покрытыми слоем ракушек, как коралловый риф, уже опустела.
Сообразительный официант прочитал её мысли.
– Лимончелло, – объявил он, ставя перед сеньорой запотевшую от холода стопку зеленоватого ликёра.
– Приятно познакомиться. Ольга.
Скулы свело от кисло-сладкого вкуса. Язык защипало. Желудок обожгло.
– Друг Лимончелло, будь любезен, принеси мне еще этого волшебного зелья.
Друг не подвёл и принес уже не стопку, а бутылку тонкой вытянутой формы.
Кажется, она даже задремала, просыпаясь, только чтобы выпить очередную порцию напитка. Было приятно сидеть в центре муравейника, ощущая нежное прикосновение лапок королевы к своим ногам. Она полностью отдалась незнакомой ласке, как вдруг очнулась и тревожно посмотрела под стол.
Об её ноги терлась спиной белоснежная кошка, огромная, с короткой шерстью и большими синими глазами.
– Мяу, – сказала новая знакомая.
– Мяу-мяу, – согласилась Ольга, надеясь, что не сморозила какую-нибудь глупость.
Кошка ответила снисходительной улыбкой. Ее огромные глаза затягивали в бесконечное синее пространство, будто в морскую бездну. Требовалось сопротивляться этой силе, чтобы не потонуть в неведомых глубинах безумия, а остаться в привычном мире повседневного разума. Несколько мгновений они не мигая смотрели в глаза друг другу. Ольга моргнула первая и подумала: «Если ты разговариваешь с кошкой и играешь с ней в гляделки, кончай пить, иди домой». Но подняться не успела.
Вдруг почувствовала, что кресло под ней стало мягким, и обнаружила, что сидит в театре, похожем на Ла Скала. Золота и красного бархата было столько, что глаза слепило. Вокруг сидели коты и кошки самых разнообразных мастей. У некоторых на шее красовались разноцветные банты и ленточки. Рядом с ней обосновался огромный чёрный кот. Он напряженно смотрел на сцену и от возбуждения нервно драл когтями обивку.
Иная девушка, пожалуй бы, удивилась, но Ольга лишь поерзала и уселась поудобнее.
На сцене шло необычное действие, в котором разнообразные коты орали знаменитый мартовский репертуар.
– Где я? – поинтересовалась Ольга у темпераментного соседа.
– Тихо. Вы в оперном театре, – отозвался тот шипящим шёпотом.
– Как называется спектакль?
– «Рома и Жюля».
– Тиш-ш-ш-ше, – зашипели с соседних рядов.
– О чем пьеса? – уточнила заинтересованная Ольга, не обращая внимание на возмущенных театралов.
– Рома из уличной банды влюбился в домашнюю киску. Но все вокруг против этого союза.
– Сюжет кажется знакомым.
– Рома приглашает Жюлю прогуляться по крышам, но ему подсыпают крысиного яда.
– Ужас! Думаю, возлюбленная тоже отравится. Нет повести печальнее на свете…
– Вы уже смотрели эту пьесу?
Но тут ободранная кошка с переднего ряда выгнула спину и заорала страшным голосом:
– Мяушаете!
– Брысь под лавку, – спокойно ответила Ольга.
– Ш-Ш-Ш-Ш-Што? Пья-я-я-янь!
С соседних рядов раздались возмущенные визги.
Дирижёр, поджарый кот, махавший лапами в такт музыке, вдруг застыл, выгнул спину и затопал ногами. Музыканты перестали играть. Примадонна удивленно присела, подложив пушистый хвостик под попку. Её нижняя челюсть отвисла, обнажив ряд острых мелких зубов.
Дирижер сорвал с шеи чёрную блестящую бабочку, вспрыгнул на ограждение оркестровой ямы и истошно завопил. Это положило начало всеобщей вакханалии. Орали все. В первых рядах дрались и кусались. Те, кто оказался благоразумнее, дали дёру. Занавес закрыли и свет погас.
Ольга очнулась от собственного хохота. Стемнело, ресторан был уже заполнен. Лимончелло вежливо топтался рядом, интересуясь, что вызвало столь искреннее веселье у дамы.
Молча показала на пустую рюмку. Официант быстро наполнил её и исчез. Выпила. Голова казалась очень тяжёлой. Подперла её рукой, но та сваливалась и норовила прокатиться по столу.
Площадь вокруг крутилась каруселью. Играла мягкая музыка, дома танцевали. Настроение было великолепным. Ольга принялась напевать. За соседними столиками возникла паника. Вновь появился официант и, извинившись, попросил не пугать клиентов.