– Сегодня постарайтесь ходить поменьше, а через неделю, надеюсь, забудете о своей пяточной шпоре. Хороших выходных, месье.
Пожал сухую руку пациента и быстро закрыл за посетителем дверь. Всё!
Через пять минут он был дома. В багажник отправились заранее приготовленные удочки, сачок, ведро для рыбы, а также бережно хранимая в холодильнике пластиковая коробка из-под стирального порошка, где лежали три аппетитные креветки – лучше приманки для рыбы не сыщешь. Туда же был брошен пластиковый мешок с бытовыми отходами. Доктор считал, что выбрасывать мусор в городские бачки намного экономичнее, чем платить за индивидуальный.
Любимая жена, красавица, умница и отличная домохозяйка, уселась рядом. По дороге месье Сариба, как всегда, притормозил у уличных ящиков, жена проворно выбросила пакет, и еще через десять минут они въехали на взморье.
Здесь широкий проток соединял море и залив. Вода рябила многочисленными кругами снующей рыбьей мелюзги, за которыми гонялись крупные хищники. Иногда мощное серебристое тело стремительно вылетало из воды, то ли от переизбытка молодецкой удали, то ли от желания сожрать на десерт стрекозу, летящую опрометчиво низко. За этими подвигами внимательно следили огромные чайки, которые успешно создавали конкуренцию двум десяткам рыбаков.
Солнце ласково улыбалась и охотникам, и их жертвам. Лёгкий теплый ветерок гладил разгоряченные азартом лица.
Поздоровавшись, доктор неторопливо и любовно разложил снасти. Жена привычно уселась на удобный складной стульчик. Ближайшие два часа обещали быть счастливыми.
И вдруг мир рухнул.
– Ты не видела коробки с креветками? – спросил доктор. Его лицо приобрело выражение малыша, который обнаружил, что вход в зоопарк закрыт. И слона увидеть не удастся.
– Какой коробки? – поинтересовалась жена, не понимая кошмара происходящего.
– Ну пластиковой, цветной такой, из-под стирального порошка. Я точно помню, что клал ее в багажник.
Глаза жены вдруг убежали в сторону. Доктор сразу понял, что внезапное косоглазие спутницы жизни неслучайно.
– Где коробка? – строго поинтересовался он.
Судя по встречному молчанию, на супругу обрушилась также и внезапная глухота.
– А? – наконец невинно поинтересовалась та.
– Ну…
– Такая яркая? Пластиковая? Не помню…
– Ну…
Жена затаилась. Потом набрала воздуха и чистосердечно призналась:
– Кажется, я выбросила ее вместе с мусорным пакетом. Перепутала, решила, что тоже на выброс.
– О боже! О боже!! О боже!!!!!!!
Вечер был испорчен. Безнадежно. Доктор в отчаянии опустился на тёплой песок. Его плечи сгорбились под невыносимой тяжестью утраты.
– Милый, я помню этот бачок, он был почти полон, и я положила коробку сверху. Вряд ли она куда-то делась. Скорее всего, так и лежит. Двадцати минут нам хватит, чтобы съездить туда и обратно.
Жизнь вновь приобрела краски. Солнце подмигнуло. Мощная рыба выпрыгнула из воды и сообщила, что подождет. Только быстро давайте. Не затягивайте.
Доктор мгновенно забросил удочки и все прочее в багажник, и через несколько томительных минут они были у мусорного бачка. Места для парковки рядом оказались заняты, пришлось потратить еще лишних несколько томительных секунд и встать поодаль. Он с напряжением смотрел в зеркало заднего вида за женой, которая быстро прошла до бачка. Заглянула внутрь и вынырнула, держа в руке заветную коробку. Слава богу!
В тот вечер рыбалка удалась. Доктор поймал двух жирных дорад и одного сибаса.
Вечером они пили вино и смотрели на закат. Вода тихо плескалась в голубой чаше бассейна.
– Знаешь, – сказала жена. – Там у бачка стоял бомж. Наверное, он решил, что я его конкурентка.
И они засмеялись.
Часть третья
Червяк Яшка-червяшка обосновался на дне мусорного бачка и был совершенно доволен своей жизнью, хотя не анализировал это чувство. Во-первых, у него не было мозга, а во-вторых… Хотя в данном случае достаточно одного «во-первых».
Он не знал, что живет на юге Франции, но существовал в тепле и радости. То, что он традиционно полагал своей головой, упиралось в аппетитно благоухающую очистку банана, а то, что считал задней частью, покоилось в забродившей мякоти персика. Райское наслаждение!