Асмодей тоже поднял бровь, отчего морда перекосилась, а загнутые клыки вылезли из пасти:
– Это… как его… козырная джамба. Пора, амигос, просекать всевышние непонятки. Иначе на фиг ты здесь трёшься. Ясно?
Анри почувствовал, что его правая бровь тоже поползла вверх. Таким образом, у всех троих брови оказались задраны выше некуда.
– Что же здесь ясного? – возмущённо выпалил он. – Ты, например, понимаешь эти знаки? – ткнул Анри пальцем в демона.
– А мне и не надо. У меня своя работа, дел по это. – Демон рубанул себя лапой по горлу. Затем неожиданно согнулся пополам, растопырил согнутые лапы, принялся ритмично раскачиваться и вдруг продекламировал:
– Всё! Хватит! Заткнитесь оба! – рявкнула дама. И тут же продолжила обычным голосом: – Женщина даёт жизнь ребёнку. Но дальше тот живёт сам. Своим умом и руками создаёт всё вокруг себя…
Барон почесал затылок.
– Объясняю. Высшие силы требуют, чтобы вы, мой друг, научились кое-чему, весьма необходимому для чародея. Тем более что есть повод…
– А я разве чародей?
– А кого жгли на площади в четырнадцатом веке?
Анри промолчал, воспоминание обожгло пятки. Он взглянул на демона.
Тот пристроился у балюстрады, продолжая странно раскачиваться и делать жесты растопыренными когтями. Сзади, в разрез куртки, был пропущен хвост, который ритмично подёргивался. Асмодей широко улыбнулся, насколько позволяли клыки:
Демон быстро взглянул на даму и замолчал. Потом добавил: – Кривая, одним словом. Хотя прикольно получилось.
Анри решил не спорить и в этом случае.
– Асмодей, кто старое помянет, тому глаз вон, – ласково, но твёрдо прервала Белая дама и перевела взгляд на Анри. – Многие маги умеют ходить по воде. Но и рыбы так могут. Некоторые волшебники способны летать. Но навыком этим владеют птицы и мухи. Что же здесь выдающегося? Мы с моим слегка неадекватным другом научим тебя чему-то совершенно необычному. Кстати, любимый досуг всех небесных сил. Это называется «подселение в чужую душу». А заодно в качестве тренировки, дорогой Анри, ты выполнишь одну несложную работу. Объясни-ка ему, Асмодей, попроще. Начни с задания, пожалуйста. Только перестань трястись и раскачиваться. В глазах рябит.
Демон приступил к повествованию:
– Такая тема, амигос. По ходу, Божественный вуайеризм будем осваивать.
Белая дама подняла пальчик:
– Я же просила с начала и без этого глупого сленга.
Асмодей почесал затылок:
– Не глупый, а модный. Фактурно так получается. Ты же любишь стиль.
Дама кивнула:
– Ладно, говори фактурно.
Асмодей стал дёргаться и монотонно частить:
– Ближе к делу, – оборвала его дама.
– Ну ладно. Зацени, один святой чел решил ремонтировать церковь.
– Чел? – удивился Анри.
– Священник. Католический пастор. Пастырь, который всех пасёт. Въезжаешь?
– Йо, – ответил барон, который начал понимать новый стиль далёкого будущего.
– Его прислали в деревеньку Рен-ле-Шато курить бамбук в церкви Марии Магдалины. Халява классная. Знаешь это место?
– Никогда не слышал.
– Ещё услышишь. Когда-нибудь и фильм снимут.
– Что такое фильм? – спросил Анри.
– Не отвлекайтесь, – вновь приказала дама.
– Йо. Пацан решил бабушку лохматить.
– Зачем? – опять не понял барон.
– Ну ты лох. Говорю, решил выпендриться. Затеял реконструкцию церкви. Разломал фундамент, колонны и обнаружил, крутую мульку. – Заметив, что Анри опять не понимает, пояснил: – Документы.
– Беранже Соньер… – подсказала Белая дама.
– Крутая мулька? – уточнил барон.
– Это имя, – пояснила дама.
– Чела?
– Священника. Продолжай, любезный.
Асмодей продолжил:
– Зацени. Мир полон совпадений. Он надыбал документы из того самого мешка, который ты таранил из осажденного Монсегюра чёрт знает когда…