По верованиям парсов, самое чистое из всего сущего— огонь. Молясь Зороастру, они стоят перед огнем или лицом к солнцу. Земля и вода тоже чисты, их тоже нельзя осквернять мертвечиной, потому-то покойника нельзя ни закапывать, ни бросать в море, ни сжигать.
Кто такие парсы? Древний народ, обитавший некогда в Иране. В VII веке нашей эры, когда Ираном завладели пришельцы, предки парсов укрылись в горах, а затем перебрались в Индию.
В Бомбее часто слышишь — «мистер Тата». Коллекция старинной посуды в музее — дар мистера Тата. Текстильная фабрика принадлежит мистеру Тата. Пластмассовые полуобручи с украшениями для причесок — изделие завода мистера Тата. Личная секретарша мистера Тата вышла победительницей на конкурсе красоты в Америке, на калифорнийском пляже… Мистер Тата — миллионер, индийский король текстиля, химии, стали. Он парс, его родных после смерти тоже уносят в «башню молчания».
Парсы весьма заметны в мире коммерции, среди них немало богачей, пользовавшихся милостями англичан.
Тюбетейка парса, косы сикха, тюрбаны маратха, гуджаратца, черная кожа тамила — чуть ли не вся Индия представлена в Бомбее.
Каких только нет церквей и сект! Индуисты, мусульмане, буддисты, поклонники Зороастра. Церкви протестантов, молитвенные дома баптистов, евангелистов, зал Библейского общества, ложа имени Блаватской, известной когда-то петербургской вызывательницы духов. В глубине бедных двориков — маленький, затейливый храм секты «джайна», напоминающий шкатулку с инкрустациями. Внутри — статуи Будды. Резко бьет колокол над головой, это молящийся просит у бога внимания к своей просьбе. Что еще отличает секту?
— О, джайнисты заслуживают уважения, — объясняет мне бомбеец. — Они же отрицают касты. Выступить против кастовой системы в Индии — это требовало смелости.
Разумеется, многие социальные движения зародились в религиозной оболочке. И не снимают ее.
Ведущую роль в секте «джайна» играли купцы, промышленники, которым кастовые перегородки мешали сбывать товары, нанимать работников и т. д.
А как насчет каст? Существуют ли они теперь? Я не знаю этого. Весь день я брожу по Бомбею, но ощущение у меня все такое же: я сделал только один короткий шаг в глубину неведомой Индии — страны, равной по сложности целому континенту.
О КАСТАХ
— Видите ли, я брамин, — сказал мне мой спутник. — Принадлежу к высшей касте.
Об этом я читал. Браминам предписано учить, учиться и подавать милостыню. Удел кшатриев — военная служба. Есть еще десятки каст-профессий — рыбаки, кузнецы. Люди, числившиеся в касте прачек, работают в городской прачечной Бомбея, на необозримом поле, изрезанном бетонными каналами, где тысячи людей полощут и наотмашь колотят белье. На последней ступени кастовой лестницы, ниже уборщиков нечистот, находятся неприкасаемые.
— Я брамин, — повторил бомбеец, — но наша семья обеднела, я вынужден был пойти рабочим на завод. Среди моих товарищей есть и кшатрии… Всякие есть.
— И неприкасаемые?
— Конечно. Брамину бывает иногда труднее поступить на работу, чем им.
— Почему?
— Это естественно. Надо же, наконец, поднять их.
Конституция республики не признает каст. Браки между людьми разных каст — частое явление в городах. Понятно, самое быстрое исчезновение кастовых преград в фабричной среде. Места для неприкасаемых, забронированные в учреждениях, на предприятиях, — это одна из мер, которые проводятся республикой для ликвидации зловещего пережитка.
— Конечно, не все сразу… В деревне вы можете видеть такую картину: у колодца сидят неприкасаемые, сидят и ждут доброго человека, который согласится дать им воды. Ведь им не дозволено взять самим. Да и в Бомбее… У нас при заводе небольшой сад. Один садовник мог бы вполне и ухаживать за цветами, и убирать мусор. Так нет, не хочет убирать, и даже прибавкой к плате не соблазнишь. Я, мол, не мусорщик, моя каста выше. Он боится, что будет опозорен перед своими, что ему нигде больше не дадут работы.
— И правда не дадут?
Бомбеец развел руками.
— Да, может случиться.
Вечером я развернул купленный мной «Таймс». В отделе объявлений я прочел;
«Молодой человек 24 лет, брамин, из состоятельной семьи, рост пять футов пять дюймов, здоровый, желает завязать переписку с девушкой той же касты, образованной, любящей литературу. Возможен брак».
Ниже — еще предложение в таком же роде, но с примечанием «каста безразлична». И еще, и еще находишь эти хорошие слова: «каста безразлична».