Едва он открыл рот, чтобы еще сказать какую-то похабщину, как я, раскрыв дверцы шкафа, достала оттуда одеяло и подушку, а затем запульнула в него. Он быстро среагировал, подхватив их на лету, и рассмеялся грудным заразительным смехом.
– Не обольщайся, – заявила я, обогнув диван. Одним движением отодвинула шторы и прошла на застекленный балкон, где приготовила для своего гостя небольшой сюрприз – хозяйскую раскладушку. – Если хочешь спать сегодня в доме, а не на вокзале, то вот, пожалуйста, раскладная кровать с матрасом, – смерила парня сочувственным взглядом и победно ухмыльнулась. – И прекращай свои идиотские шуточки, если не хочешь отсюда вылететь со свитком.
Однако на Михаила мои слова впечатления не произвели, он лишь устало зевнул и потянулся.
– Так же как ты сегодня чуть не вылетела с работы, – вернул злорадную улыбочку.
С удовольствием бы врезала ему хорошенько. И себе заодно. Похоже, что одиннадцатое сентября действительно не мой день. Сначала любимого лишилась, а спустя три года встретила этого упыря, прилипшего как банный лист. Не могла же я просто спустить ему наглость, нет же, надо было отстоять свою девичью честь и плеснуть в наглую физиономию дешевого вина. Стоило ли это моих страданий сейчас? Исключено.
Михаил, видимо, вспомнил, что он все-таки в первую очередь мужчина, и поднялся с дивана, порываясь мне помочь.
– Отойди, – твердо заявил, выхватывая у меня из рук раскладушку и занося ее в комнату. – А то еще прижмешь себе чего этими железяками, мне потом отдувайся перед отцом. Скажет, что я невесту свою калечу.
– Никакая я тебе не невеста, – запротестовала, но раскладушку все же вместе с матрасом ему передала.
– Я тебе сейчас как дам по твоей блондинистой головке, – злобно рыкнул парень, что у меня по коже прошлись мурашки. – Ты моя невеста, хоть и подставная, чем быстрее отец в это поверит, тем раньше я свалю из этого свинарника.
Если я вдруг решила, что он мужчина, то признаю, ошиблась. От возмущения у меня глаза на лоб полезли. Я забежала в комнату, прикрыв за собой шторы.
– У нас вообще-то чисто, а единственное животное здесь – это ты.
Похоже, я в очередной раз перешла черту. Лицо сделалось каменным, а в глазах сверкнули молнии. Он выронил из рук раскладушку, и та со звоном ударилась об пол. Указательный палец тут же возник у меня перед носом. Сейчас меня будут жизни учить.
– Знаешь что, моя дорогая…
Но нравоучениям помешали. Дверь тихонько приоткрылась, и сонная Леля показалась в проеме.
– Вы чего разорались? – тихо спросила девушка, потирая глаза.
Волосы у нее были взлохмачены, а пижамные шорты и футболка помяты.
– Ну вот, Лелю разбудил, придурок, – шикнула на него, и оттолкнула от себя, проходя мимо к подруге.
Девушка внимательно на него посмотрела, скрестив руки на груди.
– Это он, да, Сонь, наш новый сосед? – поинтересовалась она, сощурившись. – Здрасьте.
Парень застыл на месте.
– Доброй ночи, – наконец произнес он, откидывая волосы с лица.
– Вы же Михаил, верно? – спросила Леля, нисколько не стесняясь незнакомого мужчины, мой гость согласно кивнул. – Не могли бы вы продолжить выяснять отношения завтра, – по очереди посмотрела на нас, и я почувствовала вину. Мы всегда относились с уважением к отдыху друг друга, зная, как тяжело дается работа с нестабильным графиком. – Мне рано вставать, а насколько я знаю, – девушка выразительно глянула на меня, – тебе еще раньше.
Я нахмурилась, понимая, что облажалась. Девчонки и так позволили привести в дом постороннего человека, от которого зависела моя работа, а точнее ее наличие. И я еще вздумала препираться с парнем посреди ночи.
– Прости, – искренне извинилась я, на что Леля криво улыбнулась и закрыла за собой дверь.
Михаил, видимо, тоже осознал свою вину и молча принялся ставить раскладушку и расправлять на ней матрас.
Мы единогласно объявили перемирие до следующего дня.