Хоть Яр и Фил переругивались, да и выглядели, как балбесы, выяснилось, что учились они хорошо, потому родители разрешали Яру заниматься музыкой, на которую он тратил огромное количество времени и сил, мечтая однажды создать свою группу и стать рок-звездой, в то время, как более спокойный Фил изъявил желание пойти в авиацию по стопам сестры.
– Тоже стюардессой станешь? – заржал Яр, на что получил оплеуху от близнеца и недовольный взгляд товарища полицейского.
– В летное училище поступлю, пока ты будешь в переходе деньги выпрашивать, бренча на гитаре, – ехидно ответил Филипп, нисколько не растерявшись.
Они снова начали подкалывать друг друга, вызвав у меня улыбку. Хотел бы я тоже иметь таких же братьев. Даже в какой-то мере позавидовал счастью Сони. Разве что, отец у нее был не от мира сего. Будь у моего родителя такой характер, то за мои проступки он не то, что из квартиры выселил, без штанов бы оставил.
Соня сплетничала с мамой, втянув в разговор Сергея Ивановича так виртуозно, что на какое-то время он забыл о моем существовании. Изредка я ловил на себе его недовольный взгляд, и когда он вновь открывал рот, чтобы о чем-то меня спросить, девушка переводила тему и сбивала его с толку. Я следил за ее движениями, теплой улыбкой, адресованной родителям и братьям, блестящими от радости глазами, и сам внезапно поймал себя на том, что мои губы изогнулись в улыбке. Ни хищной, ни издевательской или нахальной, а обычной глуповатой улыбке. Как зачарованный глядел на девчонку, источающую столько природного обаяния, что в один момент не удержался и сжал ее тонкие пальцы в своей ладони.
Она удивленно на меня взглянула, но ничего не сказала, оставив без внимания мой порыв. Лишь спустя несколько минут, девушка аккуратно высвободила руку, потянувшись к кружке, и я почувствовал разочарование. Взглянув на наручные часы, Есения Александровна заявила, что им пора выдвигаться в аэропорт, если они хотят попасть на свадьбу, а не пропустить рейс, задержавшись в дождливой Москве. Я, не задумываясь, предложил подвезти все семейство до Шереметьево, испытывая огромное желание посмотреть на Соню в хорошем расположении духа еще лишний час.
Если моя идея и пришлась ей не по душе, то девушка ничего не сказала, словно изначально именно так и задумывалось. Она попросила дать ей несколько минут на сборы, пока мы спустились вниз и погрузили вещи в багажник. Рядом со мной на переднем сидении оказался глава семьи. Он озадаченно осмотрел премиальный внедорожник и недовольно хмыкнул.
– Разве продавец машин получает столько, чтобы саму на Рендж Ровере ездить? – усомнился он, недоверчиво оглядывая салон.
– Взял подержанную в кредит, – парировал я, на что Сергей Иванович недовольно фыркнул.
Пацаны с заднего ряда лишь вздохнули.
– Обожаю большие тачки.
– И я.
Соня появилась очень вовремя. Девушка запрыгнула назад к матери и братьям.
– Поехали, – велела она.
По дороге в аэропорт стюардесса болтала без умолку, я поглядывал на нее в зеркало заднего вида и улыбался, как дурачок. Зато ее отец пару раз успел раскритиковать мою манеру вождения, хотя за рулем я вел себя очень уверенно. Правил не нарушал, управлял автомобилем плавно и осторожно, не забывая о том, что несу ответственность не только за свою жизнь, за других участников дорожного движения, но и за своих пассажиров.
Несмотря на дождь и пробки, добрались мы быстрее, чем я рассчитывал. Мы оставили машину на парковке, а сами направились к «вылетам». Прошли через досмотр на входе и проводили семью до нужной стойки регистрации. Отстояли в очереди, изображая из себя максимально влюбленную пару, что совершенно не радовало Сониного отца. Он буквально краснел от злости, когда его взгляд натыкался на мои руки, лежащие у девчонки на талии.
От нее приятно пахло яблоками. Мне ужасно сильно хотелось прижать девушку к себе и, зарывшись носом в ее шею, глубоко вдохнуть полюбившийся аромат. Я понятия не имел, какими духами она пользовалась, но они до умопомрачения мне нравились. Конечно, уж совсем наглеть я не решился, потому просто обнимал стюардессу, пока она позволяла, расплываясь в довольной улыбке.